Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна
повернутись
Видання:
Южный Край
Регіон:
Харків
Номер видання:
424
Дата випуску:
21.03.1882
Дата завантаження:
02.11.2018
Сторінок:
4
Мова видання:
російська
Рік оцифровки:
2017-2018
Кількість номерів:
Уточнюється
Текст роспізнано:
ТАК
Оригінал зберігається:
Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

ГОДЪ II. ХА РЬКО ВЪ , ВОСКРЕСЕНЬЕ 21 МАРТА (2 А П РѢ Л Я) 1882 ГОДА. No 424. Отдѣльные NoNo „Южнаго Края“ продаются по 6 к. СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО  “РОССІЯ” ВЪ С.-ПЕТЕРБУРГЪ. Сполна оплаченный основный капиталъ 4 .0 0 0 ,0 0 9 р. с. Правленіе имѣетъ честь объявить, что оно учредило въ г. Харьковѣ главное  агентство общества и назначило тамъ главнымъ агентомъ Исаака Яковлевича Рубинштейна. Ссылаясь на вышеприведенное объявленіе н согласно данному мнѣ полномочію, имѣю честь довести до всеобщаго свѣдѣнія о пріемѣ мною главнаго агентства страхового общества „Россія11, но харьковской и полтавской губерніи. Общество открыло уже свои операціи но страхованію отъ огня, и въ конторѣ агентства можно заключать страхованія недвижимыхъ и движимыхъ имуществъ, всякаго рода: домовъ, фабрикъ, машинъ, мебели, товаровъ и проч., но самымъ умѣреннымъ преміямъ. Контора главнаго агентства помѣщается но Театральной площади, въ домѣ И. О. Рубин­ штейна, и открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ н праздничныхъ дней, отъ 10 часовъ утра до 3 часовъ но полудни. Главный агентъ Исаакъ Яковлевичъ Рубинштейнъ. СОДЕРЖАНІЕ: Харьковъ, 20 шарта 1882 года. Обозрѣніе газетъ н журналовъ. Замѣтка для харък. губ. земскаго собранія и его ревизіонной комиссіи , Губернскаго глас­ наго. Дѣйствія правительства. Мѣстная хроника:  Городская дума.—Изъ го­ родской жизни. Телеграшшы  (отъ спеціальн. корреспондент. „Южнаго Края®, отъ М еждународн. телеграфа, агентства и ивъ другихъ газетъ). Послѣднія нзвѣстія. Внутреннія нзвѣстія:  Норрзсп. „Южн. Края* изъ  Бердичева, У смани, Острога, Кременчуга, Ростова-на-Дону  н  Полтавы. —Извѣстія дру­ гихъ газетъ: изъ  Кривого-Рога, Ялты, Одессы  п Кіева. Политическое обозрѣніе. Сшѣсь. Биржевая хроника н торговый отдѣлъ. Календарь. Справочныя свѣдѣнія. Фельетонъ:  Будетъ (изъ писемъ свсрхъ-смѣт- наго дворянина),  Эдухана Прогорэлли. Стороннее сообщеніе. Объявленія. ХАРЬКОВЪ, 20-го марта 1882 г. Отставку министра народнаго про-   свѣщенія, барона Николаи, „Москов-   скія Вѣдомости“ привѣтствуютъ, какъ  радостное, давно желанное событіе. По   словамъ г. Каткова, народное образо-   ваніе послѣ графа Толстого находилось   въ состояніи „тяжкаго болѣзненнаго  к р и з и с а „ н е только, интересы про­ свѣщенія и науки, но даже простой  здравый смыслъ подвергались отрида- БУДЕТЪ. (Изъ пнсешъ сверхъ-сиѣтааго дворянина). —  Г” I. Слова нѣтъ—городъ Харьковъ— пре­ лестный городъ; слова нѣтъ,—харь­ ковская жизнь— превосходная жизнь.  Цивилизаціи запущено сюда много, такъ  много, что до сихъ норъ она не могла  быть приведена въ извѣстность и въ  надлежащій порядокъ и находится, по­ этому, пока еще въ хаотическомъ со­ стояніи. Но это не важно. Важно то,  что она есть, эта цивилизація, важно  то, что она существуетъ въ дѣйстви­ тельности, а не въ одномъ досужемъ  воображеніи праздныхъ мечтателей. Въ  самомъ дѣлѣ, куда ни глянешь — всю­ ду одна образованность, куда ни по­ смотришь—отовсюду такъ и бьетъ въ  носъ гуманностью. Прелестно! Мага­ зины, заводы, учрежденія, мостовыя,  общества, вывѣски, собранія, водопро­ воды, комиссіи, паровые двигатели, за­ сѣданія, комитеты, клубы, бани, кон­ церты, банки, вечера, больницы, газо­ вое освѣщеніе, просвѣщеніе ……  Фу ты пропасть, какая роскошь! Ей Богу, уми­ рать не надо! Столица, лучше столи­ цы! Еще немного и сама Америка оста­ нется назади, а объ гниломъ западѣ  и говорить уже нечего …… Однимъ сло­ вомъ, что называется, отъ прогрессу  дѣваться некуда, прогрессъ, какъ го­ ворится, и въ хвостъ, и въ голову. Об­ щественная жизиь бьетъ ключомъ и  шумитъ, и пѣнится, и клокочетъ и  брызжетъ въ разныя стороны, а золо­ тые лучи весенняго солнца весело гля­ дятъ съ неба на это великолѣпіе и оза­ ряютъ окрестности, игриво преломляясь  въ струяхъ этого каскада и, шаловли­ во ныряя, прячутся въ быстрыя волны Харькова, Нетечи и Лопани. А ци­ вилизація по улицамъ столбомъ стоитъ,  просто не продыхнешь. Прекрасно! Слова нѣтъ, образованности потра­ чено достаточное количество и, поль­ зуясь этимъ случаемъ я нишу настоя­ щее письмо, такъ какъ полагаю, что  „въ настоящее время прогрессъ циви­ лизаціи достигъ уже той степени сво­ ей интензивности, что всякій индиви­ дуумъ можетъ.заявлять свои сентен­ ціи безъ санкціи авторитета, им-  позитивнаго критеріума мысли”. Пишу. У каждаго барона бываютъ свои фан­ тазіи. Хотя я не имѣю никакихъ шан­ совъ на полученіе баронскаго титула,  но долженъ признаться, что иной разъ  мнѣ приходятъ въ голову- чрезвычайно  странныя мысли и я уподобляюсь тог­ да той барынѣ, о которой разсказы­ ваетъ одинъ изъ героевъ Слѣпцовскаго  романа. „И знаю, говоритъ, очень хо­ рошо знаю, что земля кругла и что  она движется вокругъ солнца, но пред­ ставьте себѣ мое положеніе, ничему  этому я не вѣрю!” Такъ и ж Знаю,  что много на бѣломъ свѣтѣ вообще и об­ разованности, и свѣту, и воды, и гуман­ ности, но представьте, бываютъ минуты,  когда я ничему этому не вѣрю, бываютъ  минуты, когда мнѣ представляется, что  все это только „такъ”, что все это  „нарочно”, что ничего этого въ сущ­ ности нѣтъ, что все это, говоря сло­ вами Расплюева: „ложь презрѣнная!”.  Ну что ты тутъ будешь дѣлать?!… И когда мнѣ въ голову приходятъ  такія несуразныя вещи, моя душа дѣ­ лается печальна, а фантазія начина­ етъ рисовать и оттушовывать такія  картины, при видѣ которыхъ жена куз­ неца. Вакулы Оксана навѣрное сказа­ ла бы своему дитяти: „онъ бачь, яка  кака намалевана” ………………………………. нію и поруганію”, „вандализмъ зара­ нѣе торжествовалъ побѣду”. Старая  пѣсня! Органъ россійскихъ обскуран­ товъ затягивалъ ее не разъ, и еще въ  концѣ прошлаго года оплакивавъ „духъ  тлѣнія”, будто бы „внесенный въ школу  въ эпоху диктатуры сердца и но­ выхъ вѣяній”. Теперь, если вѣрить  „Московскимъ Вѣдомостямъ”, „ученіе  упало, о дисциплинѣ запрещено и ду­ мать, поощряются лѣнь, небреженіе и  дурныя страсти”. Какая безсмысленная и наглая кле­ вета! На чье легковѣріе ѳна разсчита­ на? Наше общество прекрасно знакомо  съ дѣятельностью г. Сабурова и баро­ на Николаи и потому къ вышеприве­ денной тирадѣ отнесется съ чувствомъ  гадливости, возбуждаемомъ въ каждомъ  порядочномъ человѣкѣ беззастѣнчивой  ложью. Преступленіе г. Сабурова и барона  Николаи заключается въ томъ, что они  прекратили войну, которая такъ долго  и такъ страстно велась между мини­ стерствомъ народнаго просвѣщенія и  земствомъ, положили конецъ „избіенію  младенцевъ”, практиковавшемуся на  „испытаніяхъ зрѣлости”, а по отноше­ нію къ университетамъ не обнаружили  желанія дать фельдфебеля въ Воль­ теры. Преемники графа Толстого въ  короткое время примирили общество  съ вѣдомствомъ, еще такъ недавно воз­ буждавшимъ повсемѣстный ропотъ и  неудовольствіе. Заслуга не маловажная:  въ дѣлѣ народнаго образованія пра­ вительство ничего не можетъ сдѣлать  безъ сочувствія и поддержжи общества.  Въ послѣднее время носились слухи о  предположеніи открыть двери универ­ ситета передъ воспитанниками реаль­ ныхъ училищъ, носились слухи о пред­ положеніи преобразовать реальныя учи­ лища изъ школъ профессіональныхъ въ  общеобразовательныя. Слухи остались  слухами, и „Московск. Вѣд.” съ сіяю­ щимъ видомъ объявляютъ, что „имя но­ ваго министра, г. Делянова” должно  успокоить и утѣшать всѣхъ, кому до­ рого дѣло ’нашего народнаго просвѣ­ щенія и что „кризисъ, которому под­ вергалась наша школа, миновалъ”. Что  значитъ на языкѣ „Московскихъ Вѣ­ домостей”: „кризисъ миновалъ”— по­ нятно всякому…. Грустно было бы ду­ мать, что ихъ зловѣщее карканье пред­ вѣщаетъ возрожденіе той системы, ко­ торую Щедринъ именуетъ „системою  оглушенія чувствъ”. Хотѣлось бы ду­ мать, что г. Катковъ клевещетъ на г.  Делянова, какъ клевещетъ на г. Са­ бурова и барона Николаи. Во вся­ комъ случаѣ, цока -‘еще нѣтъ основа­ нія отчаяваться, нѣтъ основанія видѣть  въ происшедшей перемѣнѣ поворота  въ реакціонномъ духѣ. Какъ человѣкъ, подверженный мни­ тельности, я, понятное дѣло, не мо­ гу при такихъ условіяхъ оставать­ ся покойнымъ, начинаю мучиться и  тосковать, какъ запертая въ клѣт­ кѣ птица, и меня начинаетъ тя­ нуть прочь отъ цивилизаціи, въ кото­ рой невозможно дышать, вонъ изъ го­ рода подальше отъ образованности и  эта потребность „уйти” даетъ себя  чувствовать особенно сильно вь ту по­ ру, когда, говоря словами поэта, „про­ буждается вся природа и солнце оза­ ряетъ лучезарнымъ свѣтомъ возвраща­ ющуюся къ жизни землю”. Послуш­ ный этому нѣмому призыву и не до­ жидаясь того времени, когда Харьковъ  „изъ чернильницы превратится въ пе­ сочницу”, я отрясаю прахъ отъ ногъ  своихъ, покидаю стогны града сего,  ухожу и поселяюсь на лонѣ природы. И. Начиная со стариннаго латинскаго  изрѣченія, гласящаго, что „Nihil est  agricultura melius; nihil dulcius, nihil  homini libero dignius” и т. д., много  было сказано великими людьми и пи­ сателями другихъ изрѣченій, повторяю­ щихъ ту же самую мысль въ другой фор­ мѣ, выражающихъ ее другими словами. Горацій пѣлъ: Блаженъ, кто въ далекѣ отъ всѣхъ житей­ скихъ золъ, Какъ родъ людской первоначальный На собственныхъ волахъ отцовскій пашетъ Долъ, Не зная алчности печальной. Вашингтонъ говорилъ, что „земледѣ­ ліе есть самое здоровое, самое по­ лезное, самое благородное занятіе для  свободнаго человѣка”. Въ твореніяхъ  Свифта есть мѣсто, гдѣ говорится, что  „тотъ, кто выроститъ двѣ былинки тамъ, только зайдетъ рѣчь о разстройствѣ  экономическаго быта народа, сваливать  всю вину на косность мужика, на его  приверженность къ первобытному хо­ зяйству, къ тѣмъ рутиннымъ пріемамъ,  которымъ слѣдовали его дѣды и пра­ дѣды. Для перехода къ высшей куль­ турѣ необходимы время, знанія, а глав­ ное матеріальный достатокъ. Но „охра­ нители” ничего этого не хотятъ знать  и воображаютъ, что все можетъ совер­ шиться, какъ въ сказкѣ: по щучьему  велѣнію, по моему прошенію. Мало­ земелью, недостаточности надѣловъ не  придается почти никакого значенія.  „Земли — говорятъ обыкновенно — у  крестьянъ довольно”, и, затѣмъ, при­ водятъ рядъ фактовъ, доказывающихъ,  что въ западной Европѣ земледѣлецъ, са­ дящій на одной десятинѣ или даже на 7 а  десятины, не только не жалуется на ни­ щету, а еще благословляетъ свою судьбу. Само собой разумѣется, что „охра­ нители” требуютъ отъ мужика невоз­ можнаго. Онъ и безъ йхъ совѣтовъ  иерешолъ бы къ интенсивному хозяй­ ству, если бы имѣлъ на то сред­ ства. Но съ чѣмъ сообразно, чтобъ  онъ сталъ мечтать о покупкѣ хотя бы  самыхъ простыхъ земледѣльческихъ ма­ шинъ въ то самое время, какъ онъ не  знаетъ, откуда взять денегъ на упла­ ту податей и сборовъ? Какъ додумать­ ся ему до высшей культуры, когда  даже крупные землевладѣльцы хозяй­ ничаютъ хищническимъ образомъ, точ­ но преслѣдуя одну единственную цѣль:  поскорѣе истощить землю и сбыть ее  съ рукъ? Какъ, наконецъ, крестья­ нину, совершенно несклонному про­ изводить эксперименты ради экспе­ риментовъ, рѣшиться на нихъ, не  имѣя увѣренности, что онъ не разо­ рится, благодаря имъ, что его не по­ стигнетъ такой же „крахъ”, какой не­ рѣдко достается у насъ на долю при­ верженцевъ „раціональной” агрономіи? Обвинители мужика любятъ ссылаться  на среднее степное пространство са­ марской губерніи, заселенное государ­ ственными крестьянами. Имъ—говорятъ—  ужъ нельзя жаловаться на малоземеліе,  а . ’іежду тѣмъ, кто болѣе ихъ бѣдство­ валъ отъ голодовокъ? А все потому—при­ бавляется въ заключеніе— что они, бла­ годаря экстензивному хозяйству, исто­ щили почву. Ссылки на самарскую губернію дѣла­ ются Цри всякомъ удобномъ и неудобномъ  случаѣ, не смотря на то, что причину  бѣдственнаго положенія самарцевъ слѣ­ довало бы искать совсѣмъ не въ первобыт­ ной агрономіи. Въ недавно вышедшемъ  сочиненіи покойнаго Заблоцкаго-Деся-  товскаго: — „Графъ Кисилевъ” (т. ІІ-й)  находимъ чрезвычайно любопытныя из­ влеченія изъ офиціальной записки г.  Анучина, управляющаго самарскою ка­ зенною палатою, записки, представлен­ ной имъ министру финасовъ. Въ ней гдѣ прежде росла только одна былин­ ка, принесетъ своей странѣ больше  дѣйствительной пользы, чѣмъ прино­ сятъ ее часто всѣ политики вмѣстѣ”.  Вольтеръ изображаетъ философа докто­ ра Павглосса, неисиравимѣйшаго опти­ миста, который, будучи твердо убѣж­ денъ, что все на свѣтѣ дѣлается къ  лучшему, сохраняетъ это утѣшитель­ ное убѣжденіе до конца своихъ дней,  когда старый, изуродованный болѣзнью,  разбитый всѣми испытанными житей­ скими передрягами, онъ поселяется йодъ  Константинополемъ и воздѣлываетъ и  поливаетъ капусту, зарабатывая этимъ  путемъ кусокъ насущнаго хлѣба. Не  смотря на суровую обстановку, чу­ дакъ Наеглоссъ былъ совершенно до­ воленъ своимъ положеніемъ и, вспоми­ ная былое, окончательно убѣждался въ  вѣрности своего ученія о томъ, что  „все дѣлается къ лучшему въ этомъ  лучшемъ изъ міровъ”. Судьба комич­ наго и симпатичнѣйшаго Панглосса  весьма поучительна, если поглубже вник­ нуть въ смыслъ окончанія Волтеровской  повѣсти. Мысль—заставить Панглосса  подъ конецъ жизни заниматься земле­ дѣліемъ и находить усладу и Отраду  въ добываніи тяжолымъ трудомъ насущ­ наго хлѣба, и при томъ быть вполнѣ  довольнымъ и счастливымъ и находить  нѣкоторымъ образомъ, что жизнь не  нронала даромъ, что долголѣтнія тяжо-  лыя нередрязги въ концѣ концовъ оку­ пились хорошимъ концомъ, быть убѣж­ деннымъ, что изъ всѣхъ профессій и  изъ всѣхъ общественныхъ положеній,  какъ бы хороши они ни были,—лучшее  положеніе —быть земледѣльцемъ, воз­ дѣлывать свою капусту и собственнымъ  трудомъ завоевывать себѣ матеріальную  и нравственную сомостоятельность,—  мысль эта, хотя и воплощается въ об­ фактъ повальнаго обѣднѣнія средняго  степного пространства самарской гу­ берніи объясняется слѣдующимъ обра­ зомъ: въ 1850 г., по докладу графа  Кисилева, состоялось Высочайшее по-  велѣніе о непредъявленіи къ торгамъ  свободныхъ казенныхъ участковъ, при­ знанныхъ, по смежности съ казенными  селеніями, необходимыми для государ­ ственныхъ крестьянъ. На основаніи это­ го закона у крестьянскихъ обществъ  бузѵлукскаго уѣзда въ 1860 г. нахо­ дилось въ безпереоброчномъ содержаніи  227 казенныхъ участковъ, въ количе­ ствѣ 120,000 десятинъ, изъ платы по  15 коп. за десятину, а въ пользованіи  обществъ николаевскаго уѣзда было  200,000 десятинъ изъ платы среднимъ  числомъ по 8 кои. за десятину. Въ  1860 г. министръ государственныхъ  имуществъ графъ Муравьевъ, заботив­ шійся, главнымъ образомъ, о возвыше­ ніи доходовъ съ государственныхъ иму­ ществъ, приказалъ земли, бывшія въ  силу закона 1850 г. въ безпереоброч­ номъ содержаніи у крестьянъ, отдавать  въ содержаніе съ торговъ, вслѣдствіе  чего цѣны на казенные участки уве­ личились въ нѣсколько разъ: вдвое,  впятеро, даже вдесятеро и болѣе. Общій  результатъ былъ тотъ, что послѣ вве­ денія торговъ въ непосредственномъ  пользованіи у крестьянъ бузулукскаго и  николаевскаго уѣздовъ вмѣсто 320,000  осталось всего 75,000 десятинъ. Осталь­ ное необходимое имъ для посѣвовъ  количество земель они должны были  брать уже изъ вторыхъ и третьихъ  рукъ, отъ крупныхъ промышленниковъ,  вслѣдствіе чего послѣ 1860 г. пользо­ ваніе съемными землями стало обхо­ диться крестьянамъ въ 20 и 30 разъ  дороже прежняго. Такое потрясеніе  хозяйства должно было вызвать и вы­ звало разореніе нѣкогда зажиточнаго  населенія. Г. Анучинъ положительно  утверждаетъ, что повальное обнища­ ніе самарской губерніи началось го­ раздо раньше неурожаевъ 1872 — 73  гг. и было вызвано „постояннымъ  вліяніемъ причинъ чисто экономиче­ скаго свойстѣа”, о которыхъ мы толь­ ко что упомянули. Выводы г. Ану-  чина, извѣстнаго своими работами  по статистикѣ, опираются на точныя  данныя и совершенно побиваютъ „умо-  начертаніа” г. Маркова и публици­ стовъ „Русскаго Вѣстника”. И такъ,  не экстенсивное хозяйство довело до  кризиса бузулукскихъ и николаевскихъ  крестьянъ, а фискальныя, близорукія  стремленія графа Муравьева. Рекомендуемъ читателямъ обратить  вниманіе на 6-е письмо „Изъ деревни”  г. Энгельгардта, иомѣщонное во 2-мъ  No „Отечественныхъ Записокъ” за те­ кущій годъ. Уважаемый учоный дока­ зываетъ, что распространеніе въ Рос­ сіи въ настоящее время интенсивнаго  хозяйства и не возможно и даже не разѣ величайшаго чудака, является впол­ нѣ достойной великаго писателя. Другой философъ и докторъ, пред­ ставляющій собою совершенную проти­ воположность Панглоссу, — Гетевскій  Фаустъ, постигшій всю человѣческую  мудрость, извѣрившійся во всемъ на свѣ­ тѣ, изжившійся, истосковавшійся, нена-  ходящій больше отрады и счастія, го­ ворящій про себя: М аѣ опостыло на этомъ жалкомъ свѣтѣ! Продаетъ, наконецъ, чорту душу за  одно лишь свѣтлое мгновеніе на та­ комъ условіи: Когда воскликну я: „мгновеніе, Прекрасно ты, продлись, постой!11 Тогда готовь мнѣ цѣпь плѣненія, Земля разверзнись подо мной! При содѣйствіи Мефистофеля жизнь  Фауста протекла при совершенно дру-,  гихъ условіяхъ, чѣмъ жизнь Панглос­ са; онъ тоже видалъ на своемъ вѣку  не мало видовъ, переиспыталъ много,  не зная ни въ чомъ запрега, не слы­ ша ни въ чомъ отказа. Онъ самъ го­ воритъ: Я быстро въ мірѣ жизнь свою промчалъ, За наслажденія на лету хватался, Я лишь желалъ, желанія исполнялъ И вновь желалъ. И такъ я пробѣжалъ Вою жизнь ….. Казалось бы, что такого человѣка  ничго не можетъ очаровать настолько,  чтобы онъ пожелалъ на чомъ-нибудь  остановиться, чтобы онъ испыталъ вы­ сокое счастіе, которое захотѣлъ бы  удержать; но въ концѣ концовъ Ме­ фистофель дождался таки отъ Фауста  завѣтнаго восклицанія и знаменателенъ  тотъ поводъ, по которому это воскли­ цаніе, наконецъ, вырвалось. То высокое счастіе, одно предвку­ шеніе котораго стоитъ того, чтобы от­ дать по уговору Мефистофеля душу, желательно. „Количество земли, нахо­ дящееся у насъ въ культурѣ, состав­ ляетъ лишь небольшую долю всей земли.  Затѣмъ, хорошо еще, если такое же  количество земли находится подъ есте­ ственными лугами; остальное все обло­ ги, пустоши, пространства изъ-подъ  вырубленныхъ лѣсовъ. Такія угодья  представляютъ помѣщичьи земли. Толь­ ко на крестьянскихъ надѣлахъ все рас­ пахано, за исключеніемъ неудобныхъ  для культуры хлѣбовъ низинъ, которыя  находятся подъ лугами. Очевидно, что  прежде чѣмъ думать объ удобреніи по­ лей виллевскими туками слѣдуетъ рас­ пахать запущенныя поля, пропадаю­ щія втунѣ. Развитіе помѣщичьихъ хо­ зяйствъ, „grande culture”, у насъ не  мыслимо за отсутствіемъ кнехтовъ, без­ земельныхъ работниковъ. Вскорѣ послѣ  реформы 19-го февраля помѣщики убѣ­ дились въ неизбѣжности оставить ма­ шины, батрацкое хозяйство и стали  сдавать земли на обработку крестья­ намъ съ ихъ орудіями и лошадьми за  извѣстную плату деньгами, покосами,  выгонами и т. и. Вести хозяйство са­ мому помѣщику не возможно. Крестья­ нинъ собственникъ смотритъ на по­ левыя работы у крупнаго землевладѣль­ ца, какъ на кабалу и соглашается на  нее не охотно и только когда не ви­ дитъ другого исхода. При такихъ усло­ віяхъ помѣщичьи* хозяйства, понят­ но, не могутъ быть прочны и устой­ чивы и постепенно разстраиваются.  ’■ Пустоши и облоги, т. е. пахатныя по­ ля, запущенныя помѣщиками послѣ  19-го февраля, остаются заброшенны­ ми, громадная масса земли пропада­ етъ непроизводительно, а крестьяне,  глядя на эго говорятъ, что „такойпо­ рядокъ Царю въ убытокъ”, что „Ца­ рю выгоднѣе, чтобъ земли не пусто­ вали “, приносили пользу; говорятъ такъ  крестьяне и ждутъ „милости на счотъ  земли”, расширенія своего землевла­ дѣнія. Никакія техническія улучше­ нія не могутъ въ настоящее время по­ мочь нашему хозяйству, такъ закан­ чиваетъ г. Энгельгардтъ свою сжатью,—  заводите какія угодно сельско-хозяй­ ственныя школы, выписывайте ка­ кой-угодно иностранный скотъ, ка­ кія угодно — машины ничто не по­ можетъ… Я, какъ хозяинъ, не вижу  никакой возможности поднять наше  хозяйство, пока земли не перейдутъ въ  руки земледѣльцевъ”. Вотъ къ чему  надо стремиться, а не къ тому, чтобъ  распространилось удобреніе почвы вил-  левскими туками… Въ „Правительственномъ Вѣстникѣ”  напечатанъ отчотъ „о результатѣ тор­ говъ на казенныя земли въ 1881 г.“.  Съемщиками казенныхъ оброчныхъ ста­ тей могутъ быть лица всѣхъ сословій,  арендная плата опредѣляется съ тор­ говъ. Въ 1868 г. были даны особыя обрисовано Гете въ послѣднемъ пред­ смертномъ монологѣ Фауста, гдѣ онъ,  между прочимъ, говоритъ: И на землѣ моей свободный трудъ Да процвѣтетъ. На плодоносномъ полѣ Стада н люди будутъ обитать И эти горы густо заселять. И будетъ рай среди моихъ полянъ И предо мной возстанетъ съ чудной силой Моя земля, свободный мой народъ! Въ предчувствіи минуты дивной той Я высшій мигъ теперь вкушаю свой! Фаустъ согласно съ договоромъ уми­ раетъ, но душа его минуетъ въ концѣ  концовъ Мефистофельскихъ рукъ и впол­ нѣ заслуживаетъ своего освобожденія  отъ адской власти за мысли, выражен­ ныя въ предсмертныхъ словахъ. Не смотря на разницу характера и  положеній Панглосса и Фауста, не смо­ тря на громадную разницу между Воль­ теромъ и Гете,—конечный выводъ у  обоихъ почти одинъ и тотъ же. Кар­ тина жизни, которую ведетъ йодъ ста­ рость добродушный Панглоссъ, близка  къ идеалу Фауста: и тамъ, и здѣсь луч­ шимъ въ этомъ лучшемъ изъ міровъ  оказывается земледѣльческій трудъ сво­ боднаго человѣка, стоящаго на свобод­ ной почвѣ. „Это та жизнь, о которой ска­ залъ Моисей, когда жилъ, къ народу,  говоря: избери себѣ жизнь, чтобы жить”,  какъ сказано въ третьей книгѣ у Ездры. „Тутъ нечего мудрить!”, какъ гово­ ритъ одинъ изъ героевъ Гоголя,—„эго ужъ  опытомъ вѣковъ доказано, что въ земле­ дѣльческомъ званіи человѣкъ нравствен­ нѣй, чище, благороднѣй, выше” ….. Да, дѣйствительно, тутъ нечего му­ дрить: nihil est agricultura melius….  На основаніи всего этого я ухожу.  Прощайте Здуханъ Прогорэлли- ЮЖНЫЙ КРАЙ „ Ю Ж Н Ы Й  К Р А Й “ 1882  г о д а . ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ЛИТЕРАТУРНАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ В Ы Х О Д И Т Ъ Е Ж Е Д Н Е В Н О . Редакція газеты  помѣщается въ г. Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ, No 1-й; для личныхъ объ­ ясненій но дѣламъ газеты открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ и праздничныхъ дней, отъ 2-хъ до 3-хъ часовъ дня.—Статьи, доставляемыя въ редакцію, должны быть непремѣнно за подписью ;и съ адресомъ автора. Статьи, доставленныя безъ обозначенія условій, признаются безплатными. Статьи, признанныя удобными для печати, подлежатъ, въ случаѣ надобности, исправленію и совращенію. Мел­ кія статьи, замѣтки и корреспонденціи, неудобныя для печати, уничтожаются. Главная контора редакціи  въ Харьковѣ, на Московской у х , въ д. Харьковскаго Универ­ ситета, No 7-й, при „Публичной Библіотекѣ11 А . А. Іозефовяча, принимаетъ подписку и объяв- явленія; открыта въ будни отъ 8 час. утра до 7 час. вечера, а въ воскресные н праздничные дни отъ 11 до 4 час. дня. Кромѣ того,  ПОДПИСКА и ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИМАЮТСЯ:  въ Петербургѣ— въ Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ языковъ, на Невскомъ проспектѣ, въ домѣ Стру- бинскаго и въ книжномъ магазинѣ Эмиля Гаргье, на Невскомъ проспектѣ, No 27;  въ Посивѣ­ въ  Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ языковъ, на Петровкѣ, въ домѣ Со юдовннкова и въ конторѣ подписки и объявленій II- Печковской;  въ Варшавѣ — въ вар­ шавскомъ агентствѣ объявлевій Рейхманъ и Фрепдлеръ, на Сенаторской улицѣ, No 22;  въ Кіе- вѣ^-въ  книжномъ магазинѣ Е. Я . Федорова;  въ Одессѣ—  въ книжныхъ магазинахъ В. И. Бѣла­ го u Е. Н. Раснонова;  въ Полтавѣ—въ  книжномъ магазинѣ Г. И. БоГшо-Родзевнча и  въ Кре­ менчугѣ – у нотаріуса И. Ф. Энльберберга. Изъ Франціи объявленія принимаются исключительно въ Парижѣ—у  Havas, L afite et Ce, P lace de la Bourse. ПОДПИСНАЯ  ЦѢНА. Безъ дост. Съ дост. Съ перес.;  Безъ дост. Съ дост. Съ иерес. р.  к.  г.  к.  р. к.  ) р.  к.  г, к.  р .  к. На годъ . . . 10 50  12 –  12 50 > На 6 мѣс.  . . 6 —  7 —  7 50 „ 11 мѣс.  . . 10 —  11 50  12 —  „ 5 „ . . . 5  40  6 30  6 60 „  10 „  . . 9 25  10 75  11 25  „ 4 „ . . . 4  50  5 20  5 60 „  9 „  . . 8 50  10 —  10 25  \ „  3 „ . . . 3  50  4 —  4  50 , „  8 „  . . 7 75  9 10  9  50  „ 2 „ . . . 2  40  2 80  3 20 „  7 „  . . 7 —  8 20  8 50 ! „  1 „ . . . 1  20  1 40  1 60 Допускается разсрочка платежа за годовой экземпляръ, но соглашеніи» съ редакціей. Подписка принимается только съ 1-го чпсла каждаго мѣсяца. Въ органахъ „охранительной” части  нашей прессы вошло въ обычай, чуть