Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна
повернутись
Видання:
Южный Край
Регіон:
Харків
Номер видання:
433
Дата випуску:
04.04.1882
Дата завантаження:
02.11.2018
Сторінок:
4
Мова видання:
російська
Рік оцифровки:
2017-2018
Кількість номерів:
Уточнюється
Текст роспізнано:
ТАК
Оригінал зберігається:
Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

ГОДЪ II. ХАРЬКОВЪ, ВОСКРЕСЕНЬЕ 4 (15) АПРѢЛЯ 1882 ГОДА. No  433. Отдѣльные NoNo „ Южнаго Края “ продаются по 6 к. Страница изъ недалекаго прошлаго уни –  верситетской жизни. „Профессора барона Дабелова за  взятіе 525 р. с. отъ доктора Леоп-  гардп въ видахъ лихоимства подвер­ гнуть денежному взысканію вдвое  противъ взятаго нмъ подарка п от­ рѣшить отъ должности” (рѣшеніе  правптел. сената отъ 25-го октября  1846 года). Около пятидесяти лѣтъ тому назадъ  въ здѣшнемъ университетѣ возникло по  истинѣ странное дѣло: ординарный про­ фессоръ Александръ Венедиктовъ былъ  преданъ, по Высочайшему повелѣнію,  СУДУ я3®  дерзскія выраоісенія проживу начальства “ и  „за ослушаніе прика­ за н ій ” сего послѣдняго. Случайно нат­ кнувшись на это дѣло въ архивѣ, мы  ознакомились съ нимъ. Оказалось, что  профессоръ Венедиктовъ совершилъ ука­ занныя преступленія относительно де­ кана своего факультета (медицинскаго),  профессора Блументаля и ректора уни­ верситета Кропеберга. Въ прошеніи на  имя перваго онъ обозвалъ распоряже­ нія его, декана, „унижающими профес­ сора до крайности” и представляющи­ ми собою „начальническое поощреніе  къ гнуснымъ и законопрестуннымъ по­ ступкамъ” студентовъ. Послѣ этого за­ явленія профессоръ Венедиктовъ отка­ зался читать лекціи и посѣщать засѣ­ данія совѣта, чѣмъ и совершилъ вто­ рое преступленіе. Мы не будемъ излагать здѣсь всего СОДЕРЖАНІЕ: Харьковъ, 3 апрѣля 1882 года. Обозрѣніе газетъ н журналовъ. Мѣстная хроника:  Изъ городекой жизни. Телегранны (оть спеціальп. коореспондент.  „Южнаго Края”, отъ Международд. телеграфы,  агентства и нзъ другихъ газетъ). Послѣднія извѣстія. Внутреннія извѣстія:  Корргсп. „ Южи. Края” изъ  Симферополя, Александріи, Ровно  п  Гѣл- іорода.— Извѣстія другихъ газетъ: изъ  Черни- хода дѣла, тянувшагося нѣсколько лѣтъ  и представляющаго собою много любо­ пытнаго во многихъ отношеніяхъ; мы  остановимся, ради нашей цѣли, лишь  на обстоятельствѣ, послужившемъ, такъ  сказать, поводомъ къ совершенію на­ званныхъ преступленій профессоромъ  Венедиктовымъ. Такимъ поводомъ по­ служилъ, по выраженію тогдашняго по­ печителя, графа Головина, „легкомыс­ ленный и незлонамѣренный поступокъ”  вольнослушателя университета, нѣкоего  Коробки относительно профессора Ве­ недиктова. Не малаго труда стоило намъ  докопаться въ огромномъ дЬлѣ, состоя­ щемъ изъ 245 листовъ, въ чомъ состо­ ялъ этотъ „поступокъ” Коробки. Ока­ залось, что Коробка прислалъ профес­ сору, незадолго до экзаменовъ, проси­ тельное письмо, а въ пемъ и  подарокъ. Профессоръ представилъ письмо съ по­ даркомъ декану. Отсюда и загорѣлся  сыръ-боръ. Коробка увѣрялъ, что по­ дарокъ онъ прислалъ профессору за ме­ дицинскій совѣтъ. Профессоръ видѣлъ  въ немъ взятку. И онъ несомнѣнно былъ  правъ уже въ’ силу того, вопервыхъ,  что самъ графъ Головинъ свидѣтель­ ствуетъ, что Коробка былъ человѣкъ  крайне бѣдный и, слѣдовательно, не могъ  платить доктору за совѣты, да еще та­ кими подарками, какъ „золотая таба­ керочка”; а, вовторыхъ, письмо Короб­ ки не оставляетъ сомнѣнія, что онъ въ  „золотой табакерочкѣ” самъ видѣлъ ни­ какъ не докторскій гонораръ, а какъ  „подарочекъ” и удостовѣреніе въ томъ,  что онъ, Коробка, „никогда не скон­ іова, Херсона, Креметуіа, Баку, Житомира, Севастополя  п  Владикавказа. йолатачеснее обэзрѣніе. Сиѣсь. Биржевая хроника и торговый отдѣлъ. Календарь. 8правочныя свѣдѣнія. Фельетонъ;  Страничка изъ недалекаго про­ шлаго университетской жизни,  И. Дитятина. Объявленія. ’•ХАРЬКОВЪ, 3-го апрѣля 1883 г. Одну изъ самыхъ неприглядныхъ сто­ ронъ нашей жизни представляетъ по­ ложеніе раскольниковъ. За открытіе  раскольническихъ молеленъ, по нашимъ  законамъ, полагается тюремное заклю­ ченіе, за совращеніе въ расколъ —  ссылка. Духовенство и чиновники, изъ  своей обязанности доносить о мѣстахъ  и случаяхъ отправленія раскольниче­ скихъ обрядовъ, нерѣдко дѣлаютъ очень  выгодный источникъ доходовъ, палагая  на раскольниковъ большую или мевь-  шую дань. Болѣе или менѣе мирное  существованіе ихъ всецѣло зависитъ  отъ благоусмотрѣнія администраціи,  для которой, такимъ образомъ, является  еще новый источникъ злоупотребленій.  Въ этомъ отношеніи особеннаго вни­ манія заслуживаетъ вопросъ о рас­ кольничьей семьѣ. До второй поло­ вины семидесятыхъ годовъ законъ со­ всѣмъ не признавалъ юридическаго зна­ ченія за браками раскольниковъ. Толь­ ко недавно было установлено нѣчто въ  родѣ гражданскаго брака для послѣдо­ вателей нѣкоторыхъ сектъ. Но законъ  касается лишь той, сравнительно ни­ чтожной, части раскольниковъ, .кото­ рые офиціально признаются таковыми.  Ихъ не болѣе 1.500,000, а между тѣмъ  всѣхъ представителей различныхъ сектъ,  отпавшихъ отъ православія, прости­ рается до 15 милліоновъ. Слѣдователь­ но, у 9/10 раскольниковъ бракъ при­ знается за незаконное сожительство.  Нѣкоторые администраторы такъ имен­ но и смотрятъ на дѣло. Крѣпость се­ мейнаго союза у раскольниковъ объя­ сняютъ исключительно доброй волей  сожительствующихъ. Если вспомнимъ о законѣ, караю­ щемъ за совращеніе въ расколъ, то мы  увидимъ полнѣйшую безвыходность по­ ложенія „незаиисеыхъ раскольниковъ”,  т. е. непризнанныхъ офиціально рас­ кольниками. Заявленіе объ отступленіи  отъ православія должно, по закону,  вызывать и вызываетъ уголовное пре­ слѣдованіе о виновникахъ совращенія,  судъ, заключеніе подъ стражу, а иног­ да осужденіе. Что уголовное преслѣ­ дованіе не представляетъ ничего исклю­ чительнаго, это доказывается исторіей  распространенія штунды. Сущность уче­ нія штувдистовъ состоитъ въ томъ, что  надо вести себя честно, трезво, под­ держивать ближняго и презирать лѣнь,  праздность и другіе пороки. Высокая нравственность, умственное  развитіе и зажиточность штундистовъ  обращаютъ на себя вниманіе каждаго фузитъ” профессора своимъ отвѣтомъ  на экзаменѣ. И такъ, пятьдесятъ лѣтъ назадъ  въ университетѣ  идетъ рѣчь о взяткахъ!  Изъ хода дѣла видно, что г. Коробка  былъ заподозрѣнъ въ умопомѣшатель­ ствѣ, хотя и допущенъ былъ впослѣд­ ствіи къ лѣкарскому экзамену. А про­ фессора Венедиктова, за желаніе его  видѣть въ „золотой табакерочкѣ” взят­ ку, графъ Головинъ, въ бумагѣ на имя  ректора, обозвалъ „злонамѣреннымъ”  человѣкомъ. Ректоръ и товарищи Вене­ диктова не заинтересовались этой сто­ роной дѣла и оставили его втунѣ.  Но что же такое была въ концѣ кон­ цовъ „золотая табакерочка”. Этотъ во­ просъ не могъ не занять насъ. Уни­ верситетъ и…. взяточничество! Эти два  представленія, казалось бы, такъ труд­ но связать между собою реальною жиз­ ненною связью: такъ свято и чисто од­ но и такъ грязно другое. Взятки въ  университетѣ, этомъ храмѣ всего чест­ наго и высоконравственнаго, взятки сре­ ди профессоровъ, этихъ жрецовъ науки,  учителей той молодежи, которая должна  давать въ лицѣ своихъ представителей  лучшихъ гражданъ и слугъ отечеству.  Да развѣ это возможно? Мы готовы были  охотно вѣритъ, что профессоръ Вене­ диктовъ раздулъ дѣло, по выраженію  попечителя, „изъ злобнаго намѣренія”,  въ силу своего неспокойнаго характе­ ра, „безпрестанно поселяющаго раздо­ ры и несогласія” среди университет­ ской коллегіи; но волей неволей приш­ лось очистить память профессора Ве­ безпристрастнаго наблюдателя. Они  ставятъ грамотность чрезвычайно вы­ соко, у нихъ учатся не только дѣти,  но и взрослые—отцы семействъ. Но  грамотность для штундиста не цѣль,  а средство. Цѣль заключается въ томъ,  чтобы умѣть читать, и читать созна­ тельно, священное писаніе. Когда въ  началѣ семидесятыхъ годовъ вышелъ  въ Вѣнѣ въ малорусскомъ переводѣ  Ветхій и Новый Завѣтъ, штундисты  пріобрѣтали его, не останавливаясь ни  передъ цѣною, ни передъ другими за­ трудненіями. Не слѣдуетъ думать, однако, что  штундисты читаютъ книги только ду­ ховнаго содержанія. Они интересуются  также и свѣтскими книгами; прене­ бреженіе оказываютъ лишь къ лубоч­ нымъ изданіямъ, сказкамъ и проч.,  но за то съ удовольствіемъ читаютъ  сочиненія по естествознанію, сельскому  хозя йству и народной медицинѣ. Зажиточность и видимое благосостоя­ ніе штундистовъ рѣзко выдѣляются сре­ ди бѣдности сосѣднихъ имъ крестьянъ.  Это объясняется очень просто: съ одной  стороны трезвостью и трудолюбіемъ, а съ  другой взаимной помощью. По ученію  штундистовъ, на всѣхъ членахъ общи­ ны лежитъ обязанность оказывать под­ держку нуждающимся во всѣхъ труд­ ныхъ случаяхъ. Благодаря своей состо­ ятельности, штундисты исправно упла­ чиваютъ подати и сборы и почти ни­ когда не оказываются въ недоимкѣ. Все это доказываетъ, что штунди­ сты, какъ п большинство другихъ пред­ ставителей раціоналистическихъ сектъ,  ничѣмъ не вызываютъ преслѣдованій.  Преслѣдованія эти не только не за­ держиваютъ распространенія раскола,  но нерѣдко оказываютъ прямо обрат­ ное дѣйствіе. Штундизмъ и шалопут-  ство представляютъ собою явленіе со­ вершенно новое. Начавшись въ хер­ сонской губерніи, штундизмъ, въ самое  короткое время, распространился по  всему югу, а въ настоящее время имѣ­ етъ своихъ послѣдователей даже въ Пе­ тербургѣ. Быстрое распространеніе секты да­ етъ еще одно доказательство пол­ нѣйшей несостоятельности крутыхъ  мѣръ въ борьбѣ съ религіозными уче­ ніями. Исторія русскаго раскола пред­ ставляетъ рядъ то ослабѣвавшихъ,то уси­ ливавшихся репрессій; обыкновенно па­ раллельно съ усиленіемъ строгостей шло  дальнѣйшее развитіе старыхъ сектъ и  появленіе новыхъ; достаточно вспом­ нить о преслѣдованіяхъ раскольниковъ  при Императорѣ Николаѣ, когда, не смо­ тря на самыя строгія мѣры, расколъ  получилъ такое развитіе, какое едва ли  представляетъ другая эпоха русской  исторіи. Такая безуспѣшность всякихъ ре­ прессивныхъ мѣръ, а вмѣстѣ съ тѣмъ  невозможное гражданское положеніе цѣ­ лой четверти коренного русскаго насе­ ленія должны, наконецъ, обратить на  себя серіозеое вниманіе правительства.  Существованіе законовъ, но своей стро­ гости и духу, ничѣмъ неотличающих­ недиктова отъ такого тяжкаго варека-  вія. Мы убѣдились, что ие только въ  30-хъ, но въ 40-хъ и даже, говорятъ,  пятидесятыхъ годахъ взяточничество въ  университетѣ имѣло мѣсто. Намъ не-  разъ приходилось слышать объ этомъ  грустномъ фактѣ отъ старыхъ студен­ товъ здѣшняго университета. По  ііхъ разсказамъ отмѣтки у нѣкоторыхъ про­ фессоровъ прямо покупались; „благо­ дарность” вносилась натурой или день­ гами (отъ  пят и  рублей). Нѣкоторые  профессора содержали нѣчто въ родѣ  студенческихъ пансіоновъ, живущіе въ  нихъ студенты ео ipso обезпечивались  въ полученіи удовлетворительныхъ от­ мѣтокъ. Случалось, профессора писали  за опредѣленную плату кандидатскія  диссертаціи; объ этого рода дѣяніяхъ  доходили иногда свѣдѣнія и до совѣта,  но онъ старался замять дѣло. Не со­ всѣмъ довѣряли мы и этимъ разска­ замъ, ие смотря на то, что назывались  имена профессоровъ-взяточниковъ и что  разсказы передавались людьми очень  почтенными. Но пришлось во все это  увѣровать, когда случайно мы наткну­ лись на  офиціальное  дѣло въ универ­ ситетскомъ архивѣ о взяточничествѣ  одного изъ профессоровъ. Дѣло отно­ сится ко времени сороковыхъ годовъ. Въ іюнѣ 1843 года на медицин­ скомъ факультетѣ разразился скандалъ,  поведшій къ очень печальнымъ резуль­ татамъ—изгнанію одного изъ профес­ соровъ со службы. Однажды, рано ут­ ромъ въ квартиру декана этого факуль­ тета, профессора Гана, явился нѣкто Реформа, которую давно ожидали въ  Пруссіи, реформа средне-учебныхъ за­ веденій, совершилась: 31-го марта ми­ нистерство народнаго просвѣщенія опу­ бликовало новыя программы и рѣшило  ввести ихъ въ классическія и реальныя  гимназіи съ будущаго семестра. Суть  преобразованія заключается въ томъ,  что планы преподаванія въ классиче­ скихъ „гимназіяхъ” и реальныхъ „учи­ лищахъ” (послѣдніе теперь переимено­ вываются въ „гимназіи”) значительно  сближены. Въ первыхъ — усилено  изученіе естественныхъ наукъ, но­ выхъ языковъ, исторіи и географіи и  значительно уменьшено число уроковъ  по латинскому и греческому языку  (греческій языкъ будетъ преподаваться  съ  четвертаго  класса), въ послѣднихъ  — сокращено число лекцій по реальнымъ  предметамъ и прибавлено нѣсколько ча­ совъ на латинскій языкъ. Въ первыхъ  трехъ классахъ гимназій и того, и дру­ гого тина программа почти одна и та  же. И такъ, единственный аргументъ на­ шихъ „классиковъ”— примѣръ Прус­ сіи, школа которой, по ихъ мнѣнію,  должна служить образцомъ для всего  міра — съ настоящаго времени будетъ  говорить въ пользу противниковъ той  пропасти, которую вырыло министерство  графа Толстого между двумя система­ ми образованія: классической и реаль­ ной. За обѣими этими системами и  Франція и Пруссія стремятся, очевид­ но, признать одинаковое право граж­ данства и даже болѣе того — слить ихъ  въ одну систему, систему, на которую  давно уже указывала раціональная пе­ дагогика, признающая необходимымъ со­ единить въ общеобразовательныхъ заве­ деніяхъ преподаваніе классическихъ язы­ ковъ съ преподаваніемъ естествознанія и  языковъ новыхъ, соединить такъ, чтобъ  гимназіи, назначеніе которыхъ состоитъ  въ подготовкѣ молодого человѣка къ выс­ шимъ учебнымъ заведеніямъ, не имѣли  характера спеціальныхъ училищъ, фи­ лологическихъ факультетовъ, а были  общеобразовательными  училищами. „иностранный” докторъ *) медицины  Леонгарди и, въ присутствіи адъюнкта  того же медицинскаго факультета Рын-  довскаго и сына декана, „объявилъ свое  неудовольствіе”, по выраженію декана,  на то, что до сихъ поръ факультетомъ  не рѣшено дѣло объ его экзаменѣ, не  смотря на то, что онъ „ всѣмъ профес­ сорамъ заплатилъ1’1′ , въ томъ числѣ и  декану, черезъ профессора барона Да-  белова. Замять дѣло на этотъ разъ бы­ ло не мыслимо: Леонгарди, видимо, вы­ веденный изъ себя, рѣшился на все,  бросивъ обвиненіе въ глаза цѣлому фа­ культету въ лицѣ его декана, при сви­ дѣтеляхъ. Въ тотъ же день посылают­ ся ректору — опъ ate и завѣдывавшій  въ то время округомъ — Артемовскому-  Гулаку рапорты деканомъ факультета  Ганомъ и профессоромъ Дабеловымъ.  Въ первомъ доводится до свѣдѣнія рек­ тора о происшедшемъ утромъ въ квар­ тирѣ декана событіи, а во второмъ да­ ется объясненіе этому событію. Ра­ портъ профессора судебной медицины  и медицинской полиціи, барона Дабе-  лова, представляетъ собою нѣчто по  истинѣ изумительное, окончательно ком­ прометирующее профессора – барона.  Профессоръ разсказываетъ, какъ еще  въ маѣ мѣсяцѣ, „около конца” болѣз­ ни его; профессора, неожиданно явил­ ся къ нему д-ръ Леонгарди „съ упре­ ками” за то, что онъ, Дабеловъ, не  смотря на уплаченныя ему деньги,  не исходатайствовалъ для Леонгарди *) Всѣ слова и фразы въ ковычкахъ взяты изь  подлиннаго дѣла, отсюда, порой, ихъ безграмот­ ность. По всей вѣроятности и мы послѣ­ дуемъ благимъ примѣрамъ Франціи и  Пруесіи, обратимъ реальныя „учили­ ща” въ „гимназіи” и мало по малу  уничтожимъ различіе между реальны­ ми и классическими гимназіями. Нѣтъ,  по крайней мѣрѣ, нималѣйшаго осно­ ванія упорно держаться за систему,  которую Европа признаетъ отжившею  и несообразною съ духомъ ломки.  Нѣкоторые изъ нашихъ публицистовъ  и педагоговъ опасаются „ломки”. Но  о „ломкѣ” у насъ не можетъ быть и  рѣчи. Русскія классическія гимназіи  были организованы на-скоро, класси­ ческая система у насъ не успѣла пу­ стить глубокихъ корней, классиковъ у  насъ теперь чуть ли даже не меньше,  чѣмъ было прежде, родители и до сихъ  поръ еще не1 убѣдились въ спаситель­ ности глубокаго проникновенія въ тай­ ны латинской и греческой грамматикъ  и въ безплодности занятій реальными  науками. А если такъ, то значитъ ни­ какая ломка, собственно говоря, намъ  не грозитъ и чѣмъ скорѣе мы отка­ жемся отъ увлеченія классицизмомъ,  увлеченія, вызваннаго соображеніями  не столько педагогическаго, какъ по­ литическаго свойства,—тѣмъ лучше. „Русь”, устами г-жи Новиковой,  доказываетъ, что Австрія, угнетая бос-  няковъ и герцеговинцевъ, дѣйствуетъ  какъ самый злой изъ враговъ. Это  прекрасно сознаютъ ■ люди предан­ ные габсбургской монархіи. „Если мы  покусимся, говоритъ епископъ ПІрос-  майеръ, обезнародить босняковъ для  пользы нѣмцевъ и мадьяръ, насъ ско­ ро возненавидятъ больше, чѣмъ турокъ,  и Австрія неминуемо склонится къ  своей гибели”. Поклонникъ и просла-  витель Австріи, Лаваей, говоритъ: „если  она вступитъ въ борьбу съ за­ конными стремленіями славянскихъ  населеній, то свершитъ надъ собой  самоубійство”. Вотъ взглядъ враговъ  Россіи. И безъ войны, слѣдовательно,  рѣшеніе восточнаго вопроса, силою  исторіи, клонится, хотя и медленно, въ  нашу пользу, и никакія старанія „тев­ тоновъ” не могутъ отвратить возрож­ денія западныхъ и балканскихъ сла­ вянъ. Кошутъ, отъ всей души ненави­ дѣвшій славянъ, высказалъ слѣдующее  поэтическое пророчество: „Нѣмцы до­ жили до бѣлаго дня, англичане до по­ лудня, французы до предвечерія, италі-  анцы до вечера, испанцы до ночи, сла­ вяне же стоятъ у вратъ разсвѣта”. Преданія Булгарина замѣтно ожи­ ваютъ въ нашей литературѣ; впрочемъ,  въ нѣкоторыхъ органахъ нашей печа­ ти они и не умирали никогда. „Мо­ сковскія Вѣдомости”, разбирая произ­ веденія одного изъ постоянныхъ сво­ ихъ сотрудниковъ, штатнаго беллетри­ ста „Русскаго Вѣстника, г. Маркеви­ ча, съ восторгомъ отзываются о той  дребедени, которую онъ за послѣдніе  годы заваливалъ книжный рынокъ. Про­ изведенія г. Маркевича, подъ перомъ хорошихъ отмѣтокъ на его докторскомъ  экзаменѣ; какъ затѣмъ онъ, Дабеловъ,  „будучи въ постелѣ и чрезвычайно осла­ бѣвши”, посылаетъ за какимъ-то сво­ имъ знакомымъ студентомъ Мержеев-  скимъ, котораго проситъ порыться въ  бумагахъ, и „по искать, неокажется ли,  быть можетъ (?) денегъ”. Студентъ по­ искалъ,, и деньги оказались въ двухъ  конвертахъ безъ надписи: въ одномъ  распечатанномъ было 525 р. сер.,авъ  другомъ, еще запечатанномъ—200 ас­ сигнаціями; найденное, по увѣренію Да-  белова, немедленно было отправлено съ  тѣмъ же студентомъ къ Леонгарди, ко­ торый и взялъ ихъ. Свое позднее за­ явленіе обо всемъ этомъ профессоръ  Дабеловъ объяснялъ нежеланіемъ под­ вергать Леонгарди отвѣтственности—  очень строгой въ то время— „за поку­ шеніе подкупить чиновника”. Въ за­ ключеніе Дабеловъ проситъ нарядить  слѣдствіе, и „за учиненное ему безче­ стіе доставить законное удовлетвореніе”. Началось „дѣло”, которое тянулось  цѣлыхъ три года и кончилось, увы!  полнымъ доказательствомъ безчестія ба­ рона Дабелова, приговореннаго сена­ томъ, какъ мы видѣли, къ отрѣшенію  отъ должности (отъ которой въ дѣй­ ствительности онъ былъ отрѣшонъ ми­ нистромъ гораздо раньше) и возвраще­ нію взятаго у Леонгарди. Дѣло началось предложеніемъ управля­ ющаго округомъ,онъ же и ректоръ, прав­ ленію университета произвести „по сему  непріятному случаю” изслѣдованіе. Ар-  темовскій-Гулакъ, видимо, рѣшился на ЮЖНЫЙ КРАЙ  ” Ю Ж Н Ы Й К Р А Й ” 1 8 8 2 г о д а . ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ЛИТЕРАТУРНАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВЫ ХОДИТЪ ЕЖЕДНЕВНО. Редакція газеты  помѣщается въ г. Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ, No 1-й; для личныхъ объ­ ясненій по дѣламъ газеты открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ н праздничныхъ дней, отъ 2-хъ до  8-хъ часовъ дня.—Статьи, доставляемыя въ редакцію, должны быть непремѣнно за подписью п съ  адресомъ автора. ‘Статьи, доставленныя безъ обозначенія условій, признаются безплатпыми. Статьи,  признанныя удобными для печати, подлежатъ, въ случаѣ надобности, исправленію и сокращенію. Мел­ кія статьи, замѣтки и корреспонденціи, неудобныя для печати, уничтожаются. Главная контора редакціи  въ Харьковѣ, иа Московской ул., въ д. Харьковскаго Универ­ ситета, No 7-й, при „Публичной Библіотекѣ11 А. А. Іозефовпча, принимаетъ подписку и объяв-  явлеиія; открыта въ будни отъ 8 час. утра до 7 час. вечера, а въ воскресные и праздничные  дни отъ 11 до 4 час. дня. Кромѣ того,  ПОДПИСКА и ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИМАЮТСЯ:  въ Петербургѣ— въ Центральной  конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ языковъ, на Невскомъ проспектѣ, въ домѣ Сгру-  бннскаго и въ книжномъ магазинѣ Эмиля Гаргье, иа Невскомъ проспектѣ, No 27;  въ Москвѣ —  въ Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ языковъ, на Петровкѣ, въ домѣ  Оолодовникова н въ конторѣ подписки и объявленій Н. Печковской;  въ Варш авѣ —въ вар­ шавскомъ агентствѣ объявленій Рейхманъ н Френдлерь, на Сенаторской улицѣ, Аг« 22;  въ Кіе­ вѣ—  въ книжномъ магазинѣ Е. Я. Федорова;  въ Одессѣ—  въ книжныхъ магазинахъ В. И. Бѣла­ го и Е. U. Распоиова;  въ Полтавѣ— въ книжномъ магазинѣ Г. И. Бойно-Родзевича н  въ Кре­ м енчугѣ -^  нотаріуса И. Ф. Зіільберберга. Изъ Франціи объявленія принимаются исключительно  въ Парижѣ— у Havas, Lafite et С°, Place de la Bourse. ПОДПИСНАЯ  ЦѢНА. Безъ дост. Съ дост. Съ вереей  Безъ дост. Съ дост. Съ перес. р.  к.  р. к. р.  к.  \ р.  к.  р .  к.  р .  к. На годъ . . . 10 50 12 – 12 50 > На 6 мѣс. . . 6 — 7 — 7 50 „ 11 мѣс. . . 10 — 11 50 12 — „ 5 „ . . . 5 40  6 80  6 60 „ 10 „ . . 9 25 10 75 11 25 „ 4 „ . . . 4 50  5 20  5 60 „ 9 „ . . 8 50 10 — 10 25 ^ „ 3 „ . . . 3 50  4 —  4 50 , 8 , . , 7 75 9 10  9  50 > „ 2 „ . . . 2 40  2 80  3 20 „ 7 „ . . 7 — 8 20 8 50  ]  „ 1 „ . . . 1 20  1 40  1 60 Допускается разсрочка платежа за годовой экземпляръ, но соглашенію съ редакціей. Нодпнска принимается только съ 1-го числа каждаго мѣсяца. СТРАХОВОЕ ОБЩЕСТВО „РОССІЯ” В Т Ь С . – Г Х Е Т Е Р Б ‘ У Р Г Ѣ . Сполна оп лач ен н ы й основны й к ап и т ал ъ 1 0 0 0 ,0 0 0 р. с. Правленіе имѣетъ честь объявить, что оно учредило въ г. Харьковѣ главное  агентство общества и назначило тамъ главнымъ агентомъ Исаака Яковлевича Рубинштейна. Ссылаясь на вышеприведенное объявленіе и согласно данному мнѣ полномочію, имѣю честь  довести до всеобщаго свѣдѣнія о пріемѣ главнаго агентства страхового общества „Россія’. ОБЩЕСТВО ЗАКЛЮЧАЕТЪ: 1)  Страхованія отъ огня имуществъ,  какъ-то: домовъ,  фабрикъ,  машинъ, мебели, товаровъ  и проч.,  по сашышъ ушѣренньшъ прешіяшъ. 2)  Страхованія  жизни ,  т. е. капиталовъ и доходовъ, выдаваемыхъ въ случаѣ смерти застра­ хованныхъ лицъ нхъ наслѣдникамъ, нлн же самимъ застрахованнымъ, по истеченіи опредѣлен­ наго срока (особыя выгодныя условія). . Контора главнаго агентства помѣщается но Театральной площади, въ домѣ И. О. Рубин­ штейна, и открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ и праздничныхъ дней, отъ 10 пасовъ утра  до 3 часовъ по полудни. Главный агентъ Исаакъ Яковлевичъ Рубинштейнъ. Въ  воскресенье,  4-го апрѣля,  въ биржевомъ залѣ имѣетъ быть публич­ ная бесѣда профессора Н. К. Яцуковяча о тканяхъ и краскахъ. Ткани хлоп­ чатобумажныя, льняныя, шерстяныя и шелковыя. Краски естественныя и ис-  куетзенныя. Условія наложенія красокъ на ткани. Начало бесѣды въ 2 часа дня, Цѣна за входъ 2 0 коп. Билеты можпо получать въ суботу 3-го апрѣля въ Правленіи Общества  Взаимнаго Кредита Приказчиковъ въ г. Харьковѣ отъ 12-ти до 5-ти час.  пополудни, а въ день бесЬды въ зданіи биржи отъ 10-ти час. утра до 2-хъ  час. пополудни. Возражая на циркуляръ  Ганца,  разсыпае­ мый  Добровымъ и Набгольцомъ  о нало­ женіи  запрещенія  на нарѣзные пальцы ІІе-  мелька, мы увѣдомляемъ владѣльцевъ мель­ ницъ, что  запрещенія  въ Россіи налагаемо  не было  н быть не могло въ силу 132 ст.  устава фабричнаго. Распространеніе наши­ ми конкуррентаии, Добровымъ и Набголь­ цомъ, циркуляра Ганца есть реклама, на­ правленная въ ущербъ нашимъ интересамъ. Возбуждаемъ судебное преслѣдованіе. Антонъ  Э плянгйнъ  и К°. ся отъ уложенія царя Алексѣя Михай­ ловича, представляетъ теперь ненор­ мальное явленіе. Въ виду заботливости  объ интересахъ народныхъ массъ, за­ ботливости, представляющей отличитель­ ную черту нашей внутренней политики  послѣдняго времени, есть основаніе на­ дѣяться, что ‘сектантамъ будутъ, нако­ нецъ, дарованы такія же гражданскія  права, какъ и православнымъ, что рас­ кольникамъ будетъ дозволено публично  совершать богослуженія, строить свои  молельни, имѣть свою іерархію и проч.  Мы говоримъ, конечно, о сектахъ не  противо-государственныхъ и не противо­ общественныхъ; такихъ, замѣтимъ кста­ ти, очень мало. Будемъ также надѣ­ яться, что-комиссія, пересматривающая  уложеніе о наказаніяхъ, исключитъ изъ  него тѣ статьи, которыя подвергаютъ  раскольниковъ уголовнымъ преслѣдова­ ніямъ; эти статьи представляютъ теперь,  по малой мѣрѣ, странный и печальный  анахронизмъ.