Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна
повернутись
Видання:
Южный Край
Регіон:
Харків
Номер видання:
584
Дата випуску:
07.09.1882
Дата завантаження:
02.11.2018
Сторінок:
4
Мова видання:
російська
Рік оцифровки:
2017-2018
Кількість номерів:
Уточнюється
Текст роспізнано:
ТАК
Оригінал зберігається:
Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

годъ II ХАРЬКОВЪ, ВТОРНИКЪ, 7 (19) СЕНТЯБРЯ 1882 ГОДА. No 5 8 4 Отдѣльные NoNo „Южнаго Края“ продаются по 6 коп. „Ю Ж Н ЫЙ К Р А Й” , ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ЛИТЕРАТУРНАЯ. ИЗДАНІЕ ЕЖ ЕДНЕВНОЕ. УСЛОВІЯ ПОДПИСКИ НА  1882 ГОДЪ: БЕЗЪ ДОСТАВКИ.  СЪ ДОСТАВКОЮ.  СЪ ПЙГІ5С. ИНОГОР. На 12 мѣсяцевъ……………………………………….10 руб. 50 кои.  12 руб.  — кои. 12 руб. 50 коп. )) б  „  6 „ »  I  я  Я  1 Я 60 ,, я 5 я ……………………………………………………….5 я 40 я  6 я 30 я  6 „ 60 я Я  4 Я  ……………………………………………………………………………………………. 4 Я  50 я  5 я 20 я  5  „  60  „ я 3  „  3 8 50  ,, 4  » ” я  4 я 60 я „ 2 я ….. ……………………………………………. 2 „ 40 я  2  ,.30  ,  з я 20 „ » 1 я  1 я 20  8 1  я 40 я 1 n 60 „ Подписка принимается только съ 1-го числа каждаго мѣсяца. Главная Контора газеты въ Харьковѣ, на Московской улицѣ, въ д. Харьковскаго Университета  Kt  7-й, при „Публичной Библіотекѣ” А’. А. Іозефовнча, принимаетъ подписку и объявленія; открыта  въ будни отъ 8-ми час. утра  до  7-ми час. вечера, а въ воскресные и праздничные дни отъ 11-ти  до  4-хъ  часовъ дня. Кромѣ того,  ПОДПИСКА и ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИМАЮТСЯ:  въ Петербургѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для  всѣхъ европейскихъ языковъ, па Невскомъ проспектѣ, въ домѣ .Струбшіекаго и въ книжномъ магазинѣ Эмиля  Гартье, на Невскомъ проспектѣ, No  27;  въ Москвѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ  языковъ, на Петровкѣ, въ домѣ Солодовникова и въ конторѣ подписки и объявленій II. ІІечковокой;  въ Варша­ вѣ-  -въ варшавскомъ агептствѣ объявленій Гейхманъ и Фрондлеръ, на Сенаторской улицѣ, Аг 22;  въ Кіевѣ —въ  книжномъ магазинѣ Е. Я. Федорова;  въ Одессѣ —въ книжныхъ магазинахъ В. И. Бѣлаго и Е. II. Распопова;  въ Лотовѣ —въ книжномъ магазинѣ Г. И. Бойно-Родзевина и  въ Кременчугѣ —у нотаріуса И. Ф. Зильберберга. Изъ  Франціи объявленія принимаются исключительно  въ Парижѣ  у Ilavas, Lafit’e et С®, Place rle la Bourse. Редакція газеты  помѣщается въ г. Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ. Л» 1-и; для личныхъ объясненій по  дѣламъ газеты открыта ежедневпо, кромѣ воеврееныхъ и праздничныхъ дней, отъ 2-хъ до 3-хъ часовъ дня.—  Статья, доставляемыя въ редакцію, должны быть непремѣнно за подписки) и съ адресомъ автора. Статьи, до­ ставленныя безъ обозначенія условій, признаются безплатными. Статьи, -признанныя удобными для печати, под­ лежатъ, въ случаѣ надобности, исправленію и сокращенію. Мелкія статьи, замѣтки и корреспонденція, неудоб­ ныя для печатп, уничтожаются. Сегодня, 7-го сентября, въ залѣ дворянскаго со­ бранія открывается Х-я передвижная художествен­ ная выставка картинъ. Входъ отъ 10 ч. утра до 5,  съ платою 30 к.; дѣти и учащіеся (въ формен­ ной одеждѣ) платятъ 10 к. СОДЕРЖАНІЕ Харьн’въ, 6-го сентября 1882 года. Дѣйствія правительства. Обозрѣніе газетъ и журналовъ. Маленькій фельетонъ. Мѣстная хроника: изъ городской жизни. Теллграмчы (отъ „Сѣвернаго телеграфн. агентства” и  другихъ газетъ). Послѣднія  извѣстія Внутреннія извѣстія:  кѳррееп. „Южнаго Краяи  изъ  С.ш- вянска, Бѣлгорода, Глухова, Николаева и Жебедта. —Из­ вѣстія другихъ газетъ: изъ  Одессы, Е.шваветграда, Но­ во у крайне ;:а, Оргѣевскаю уѣзда, Чернигова, Кіева, Смѣлы, Нкатерѵ.яосшза, Новаго Оеісола и ет. Славянокъ. Внѣшнія извѣстія. Корреспонденція „Южнаго Края “ изъ  Вѣны. Смѣсь. Биржевая хроника и торговый отдѣлъ. Календарь. Справочныя свѣдѣнія. Объявленія. ХАРЬКОВЪ, 6-го сентября 1882 г. Во всѣхъ юныхъ государствахъ Балканскаго  полуострова, за исключеніемъ одной Черногоріи,  происходитъ болѣе или менѣе ожесточенная вну­ тренняя борьба. Повсюду и въ Болгаріи, и въ Ру­ мыніи, и въ Сербіи мы встрѣчаемъ партіи, одни  имена которыхъ указываютъ на нхъ чуждое, за­ носное происхожденіе. Но какъ вездѣ, такъ и  здѣсь дѣло не въ названіи, н подъ хорошо зна­ комыми именами скрывается тутъ нерѣдко со­ вершенно иное, чуждое европейскому политику,  значеніе. Что есть, напримѣръ, общаго между  красною партіей въ Румыніи я красными въ за­ падно-европейскихъ государствахъ? Господство  красныхъ въ государствахъ Запада равнозначуще  анархіи, въ Румыніи, напротивъ, красные уже  нѣсколько разъ управляли страной, не нарушая  ни въ чемъ обычнаго теченія дѣдъ. Въ Болгаріи мы имѣемъ дѣло съ партіями ли­ бераловъ н консерваторовъ, но эти старыя хо­ рошо знакомыя намъ имена не должны вводить  насъ въ заблужденіе. Болгарскія партіи вовсе не  вышли изъ народа н стоятъ отъ него совершен­ но особнякомъ. Они состоятъ нзъ весьма неболь-  щаго числа лицъ н борьба между ними отлпча- ■  ется чисто личнымъ, мелочнымъ характеромъ. И  та п другая партія стремится лишь къ власти;  обѣ онѣ одинаково неразборчивы въ средствахъ;  право князя и свобода народа для няхъ не бо­ лѣе, какъ прикрытіе своихъ частныхъ,” подъ часъ  не совсѣмъ чистыхъ цѣлей. Совсѣмъ иное дѣло партіи въ Сербіи. Сербія  живетъ уже давно самостоятельною политической  жизнью, а эта жизнь должна была вызвать съ  теченіемъ времени извѣстныя противоположности,  создать политическія партіи, имѣющія почву въ  самомъ народѣ и въ его интересахъ. И въ Сер­ біи эти партіи носили и носятъ ноетоянно чуж­ дыя названія, названія, находящіяся нерѣдко въ  прямомъ противорѣчіи съ ихъ настоящимъ характе­ ромъ и стремленіями. До самаго 1880 года въ  Сербіи господствовала партія Рнстича, носившая  названіе партіи либеральной. Значеніе н сила  этой партіи заключались, однакоже, вовсе не въ  ея либеральныхъ тенденціяхъ, а въ ея національ­ ныхъ стремленіяхъ. Рвстячъ написалъ на своемъ  знамени освобожденіе славянскихъ народностей  отъ турецкаго ига, онъ хотѣлъ создать изъ Сер­ біи Балканскій Пьемонтъ, онъ одинъ не остано­ вился передъ рискомъ національной войны съ  Турціею. Преслѣдуя такія высокія національныя  пѣли, Рястичъ и его партія были самямя пло­ хими либералами въ европейскомъ смыслѣ слова.  Требуя отъ населенія самыхъ тяжелыхъ жертвъ,  онп не пользовались, разумѣется, его расположе­ ніемъ, проявленіе свободы въ какомъ бы то пи  было видѣ было для нихъ неудобно п опасно.  Партія Ристнча состояла по преимуществу изъ  чиновниковъ, священниковъ и немногихъ куп­ цовъ. Правленіе Ристнча отличалось чисто  полицейскимъ характеромъ, онъ умѣлъ сло­ мить оппозиціи, если она появлялась, самы­ ми неразборчивыми средствами. Въ случаѣ на­ добности онъ не останавливался передъ самы­ ми жестокими мѣрами, даже передъ смертной  казнью. Ристичъ не терпѣлъ свободы печати,  онъ довелъ, наконецъ, дѣло до того, что вся  сербская періодическая печать состояла при  немъ изъ одного офиціальнаго журнала „Истокъ”. Понятно, что такого рода режимъ долженъ  былъ вызвать противъ Ристнча самую ожесточен­ ную оппозицію, но онъ держался до тѣхъ поръ,  пока могъ преслѣдовать свою національную про­ грамму. Обязательства, принятыя Сербіею па  Берлинскомъ конгрессѣ, въ особенности по от­ ношенію къ Австріи, не дозволяли Рястичу оста­ ваться долѣе у дѣлъ. Понятно, что онъ не могъ  выполнять обязательствъ, шедшихъ въ разрѣзъ  со всею его національной программою; понятно,  что онъ долженъ былъ уступить мѣсто своимъ  политическимъ противникамъ. Кто же были этн  противники? Они принадлежали къ старой кон­ сервативной партіи, хотя въ дѣйствительности  они были настоящими сербскими либералами.  Эта партія впервые господствовала въ Сербіи въ  эпоху князя Михаила; ея главою былъ тогда  всѣми уважаемый патріотъ Илья Горошанинъ.  Устраненная отъ дѣлъ, тотчасъ послѣ смерти князя  Михаила, она восторжествовала вновь послѣ  паденія Рнстича въ 1873 году и управляла  Сербіей до начала войны съ Турціей. Тогда эта  партія распадалась на нѣсколько группъ. Ея вож­ дями были: Мариповпчъ, Чумпчъ и Стефановичъ.  Не смотря на взаимную вражду, всѣ эти группы  преслѣдовали, вопреки своему названію, дѣйст­ вительно либеральную политику. При господствѣ  этой партіи въ первые установилась въ Сербіи  свобода печати, отмѣнено было тѣлесное нака­ заніе и проведены пныя полезныя реформы.  Консервативная партія пользовалась большими  симпатіями среди населенія, въ особенности сель­ скаго; но она должна была пасть въ 1876 году,  потому что не отважилась поднять оружіе за на­ ціональное призваніе Сербіи. Это нораженіе имѣ­ ло, впрочемъ, благодѣтельныя послѣдствія для  консервативной партіи. Ея отдѣльныя группы,  враждовавшія до тѣхъ поръ между собою, за­ ключили тѣсный союзъ. Въ союзъ этотъ вошли,  воиервыхъ, т.н. старые консерваторы съ своими  вождями Цукнчемъ и Мариковнчемъ; вовторыхъ,  молодые консерваторы, в* главѣ которыхъ стоя­ ла Милютинъ, Гарашанинх, Нирочанан.ъ и из­ вѣстные въ сербской литературѣ Міятовичъ и  Стоянъ Новаковичъ; въ третьихъ, къ этимъ двумъ  консервативнымъ группамъ присоединилась еще  группа Кальевича, принадлежавшая прежде къ  партіи Ристнча, но отличавшаяся дѣйствительно  либеральными убѣжденіями. Соединенныя такимъ  образомъ группы образовали новую сербскую пар­ тію, партію прогрессистовъ. Эта партія выработа­ ла себѣ опредѣленную либеральную программу, об­ нимавшую всѣ отрасли государственной н общест­ венной жизни; она начала развивать ее въ своемъ  органѣ: „Впделло”, который въ короткое время  пріобрѣлъ громадную популярность и неслыхан­ ное распространеніе во всей странѣ. Къ партіи  прогрессистовъ принадлежали пе только масса  населенія, не только всѣ враги Ристнча, но п  крайнія партіи радикаловъ и соціалистовъ, пре­ слѣдуемыя и нетерпимыя въ Сербіи. Неудивительно послѣ этого, что торжество пар­ тіи прогрессистовъ въ 1880 г. н образованіе изъ  среды, ея новаго министерства вызвали на пер­ выхъ норахъ всеобщее сочувствіе въ Сербіи. Та­ кіе акты, какъ полная амнистія для всѣхъ по­ литическихъ преступниковъ, какъ возстановле­ ніе свободы печати, какъ уничтоженіе прежней  чистополицейской системы, должны были усилить  еще болѣе всеобщій энтузіазмъ. Тѣмъ не менѣе  министерство Пирочанаца-Гараінашша должно  было вызвать въ скоромъ времени противъ себя  сильную оппозицію. Уже одна внѣшняя полити­ ка министерства, политика, удалившая Сербію  отъ Россіи, и подчинившая ее вліянію Австріи,  должна была вызвать противъ него сильное  недовольство во всѣхъ тѣхъ кружкахъ, для  которыхъ національное призваніе Сербіи сто­ яло на первомъ планѣ. Сама по себѣ эта оп­ позиція не могла бы быть опасна для мини­ стерства, еслибы пе присоединился къ этому  раздоръ въ средѣ его собственной партіи. , Радикалы могли идти рука объ руку съ прогрес­ систами лишь до тѣхъ поръ, пока продолжалось  владычество Рястичча, теперь они, естественно,  должны были отдѣлиться отъ нихъ. Такое явленіе  станетъ для пасъ еще понятнѣе, если мы сооб­ разимъ, что сербская радикальная партія отли­ чается дѣйствительно крайнимъ характеромъ,  сближается во многомъ съ партіею настоящихъ  соціалистовъ. Основатель радикальной партіи,  нѣкто Свѣтозаръ Марковичъ, бывшій цюрихскій  студентъ, внервые началъ распространять въ  Сербіи соціалистическія идеи. Его многочислен­ ные послѣдователя отличаются отъ своего учи­ теля лишь тѣмъ, что тщательно скрываютъ отъ  населенія свон конечныя цѣли и воздерживаются  отъ всякихъ нападеній на монархію н религію-  Пока опи требуютъ уменьшенія войска, полной  отмѣны чиновничества, введенія самоуправленія,  уменьшенія налоговъ. Кромѣ того они прямо  заявляютъ крестьянамъ, что тотъ часъ же отмѣ­ нятъ всѣ подати, когда добьются власти. Понят­ но, что это послѣднее обѣщаніе радикаловъ дѣй­ ствуетъ особенно заманчиво на сербскаго крестья­ нина. Главнымъ образомъ при помощи этого  обѣщанія, радикалы успѣли склонить на свою  сторону большинство сельскаго населенія коро­ левства, особенно въ южныхъ п юго-западныхъ  областяхъ. Въ городахъ къ радикальной партіи  принадлежатъ бѣдные ремесленники, приказчики,  а также преподаватели среднихъ и  н е с ш и х ъ школъ. Вожди радикальной партіи люди но боль­ шей части ловкіе и неразборчивые въ сред­ ствахъ. По крайней мѣрѣ они успѣли дать сво­ ей партіи прочную организацію и распростра­ нить ея сѣти по всей странѣ. Въ своемъ органѣ  „Самоунрава” они ведутъ самую дѣятельную и  неутомимую пропаганду. Понятно, что къ числу враговъ министерства  принадлежатъ и т. н. чистые соціалисты. Число  этихъ соціалистовъ, впрочемъ, крайне не велико,  и вся ихъ дѣятельность ограничивается пока  платоническими восхваленіями Чернышевскаго,  Лассаля и Маркса. Они также имѣютъ свой ор­ ганъ „Борьбу”, выходящую въ Бѣлградѣ. Вотъ съ какими элементами приходится имѣть  дѣло теперешнему сербскому министерству. Са­ мыми опасными противниками его являются, безъ  сомнѣнія, радикалы, но нельзя отрицать, что  н внѣшняя политика министерства, политика,  впрочемъ, неизбѣжная въ его положеніи, увели­ чиваетъ число его враговъ н подкапываетъ все  его положеніе. ДѢЙСТВІЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА. Именные Высочайшіе указы Правительствующему  Сенату: Августа 30.  Севастопольскому градоначальнику, ви­ це-адмиралу  Никонову 1-му  и старшему флагману Чер-  номорскаго флота, вице-адмиралу  Рудневу 1-му  Всеми­ лостивѣйше повелѣваемъ: первому быть членомъ глав­ наго воепно-морскаго суда, а послѣднему севастополь­ скимъ градоначальникомъ. Сентября 1.  Старшему предсѣдателю Саратовской  судебной палаты, дѣйствительному статскому совѣтни­ ку  Завадскому  Всемилостивѣйше повелѣваемъ быть стар­ шимъ предсѣдателемъ Харьковской судебной палаты. Сентября 2.  Управляющаго дѣлами собственной На­ шей канцеляріи но учрежденіямъ Императрицы Маріи,  почетнаго опекуна, тайнаго совѣтника барона фонъ-  ГотитеН’Ъ-Гюне  Всемилостивѣйше увольняемъ, согла­ сно прошенію, отъ должности управляющаго дѣламп  собственной Нашей канцеляріи по учрежденіямъ Импе­ ратрицы Маріи, съ оставленіемъ въ званіи почетнаго  опекуна. Нашему тайному совѣтнику, товарищу мини­ стра народнаго просвѣщенія, сенатору  Маркову  Все­ милостивѣйше повелѣваемъ быть товарищемъ главно­ управляющаго собственною Наіпею канцеляріей ко уч­ режденіямъ Имиерагрпцы Маріи съ возложеніемъ на него  управленія дѣлами означенной Канцеляріи съ увольне­ ніемъ отъ должности товарища нипистра народнаго  просвѣщенія. ОБОЗРѢНІЕ ГАЗЕТЪ И ЖУРНАЛОВЪ. Въ настоящее время, какъ слышно, министер­ ство юстиціи занято, между прочимъ, изготовле­ ніемъ законопроекта объ усиленіи наказанія за  дуэли.  „Петербургскія Вѣдомости”,  сообщая объ  этомъ, не безъ основанія доказываютъ, что  едва-ли встрѣчается необходимость въ увеличеніи  каръ за такое исключительное преступленіе.  О  дуэляхъ  говорилось и писалось много и всего болѣе противъ  нихъ, чѣмъ въ защиту этого обычая. Повторять, что  было сказано, не для чего. Всякъ хорошо пойметъ,  что этотъ обычай—остатокъ старины, отголосокъ древ­ нихъ ордалій, что при современномъ строѣ общества  онъ является какимъ-то анахронизмомъ и, во всякомъ  случаѣ, явленіемъ не оправдываемымъ, нежелательнымъ. Маленькій фельетонъ. „Пускай астрономы доказываютъ, что земля  вокругъ солнца ходитъ,—наше солнце вокругъ  насъ ходитъ”… И хотя вторая часть этого ког­ да-то знаменитаго изреченія, въ настоящее вре­ мя потеряла свой raison d’etre, такъ какъ со­ временное солнце, можетъ быть вслѣдствіе под­ нятія уровня преподаванія космографіи въ сред­ нихъ учебныхъ заведеніяхъ, невидимому подчи­ нилось непреложнымъ законамъ астрономіи, и во­ кругъ пасъ, явно, ходить уже больше не рѣ­ шается—но за то первая часть все же остается во всей своей силѣ ……  Чтобы ни доказывали „астрономы”, а Михаилъ Никифоровичъ, знай  себѣ, сидитъ-посижпваетъ на Страстномъ буль­ варѣ, да потирая руки приговариваетъ: „пускай  доказываютъ… пускай… Чортъ съ ними! Пускай  доказываютъ!” И вѣдь это тѣмъ болѣе забавно и  увеселительно, что, какъ извѣстно, Михаилъ Ни­ кифоровичъ самъ когда-то былъ „астрономомъ”,  самъ, въ свое время… доказывалъ и очень мно­ го доказывалъ”…. Впрочемъ вѣдь все это при­ снилось мнѣ во снѣ…. Не знаю, можетъ быть  вслѣдствіе разстройства желудка, а можетъ быть  вслѣдствіе усерднаго чтенія отчетовъ о дебатахъ,  происходящихъ въ нашемъ городскомъ самоу­ правленіи, только вотъ уже нѣсколько ночей сря­ ду меня преслѣдуютъ удивительно непріятные кошмары ……  То снится, что меня сѣкутъ, то снится, что я спорю съ Михаиломъ Никифорови­ чемъ… Н ужъ что прежде, что послѣ—никакъ  не могу разобрать: сѣкутъ-ли за то, что спорю,  или спорю, потому что сѣкутъ—во снѣ ясно ви­ жу, а наяву тотъ-часъ же и перемѣшаю… Помню только, что я вступался за школы, го­ ворилъ, кажется, что священники, за недостат­ комъ времени, не могутъ съ достаточною настой­ чивостью обрывать вихры и уши крестьянскихъ  ребятишекъ, что они, по своему незнакомству  съ новѣйшими педагогическими пріемами, будутъ  практиковать вышеупомянутыя средства по мето­ дамъ старымъ и рутиннымъ, ссылался, наконецъ,’  на всѣхъ педагоговъ мнѣ извѣстныхъ н не из­ вѣстныхъ, начиная отъ Амосса Каменскаго я кон­ чая… не помню ужъ кѣмъ я кончилъ, но кѣмъ  то ужъ очень забористымъ…. Но такъ какъ я  заранѣе уже призналъ себя „разбойникомъ пера  н мошенникомъ печати”, принесъ покаяніе и дѣ­ лалъ видъ, что спорю единственно, чтобы вы­ яснить самому себѣ всю глубину своихъ заблуж­ деній, то Михаилъ Никифоровичъ выслушивалъ  все довольно милостиво и лишь, когда я упомянулъ  про Амосса Каменскаго, который, какъ извѣстно,  былъ полякъ, великій мужъ мило пошутилъ, съ  добродушнымъ смѣшкомъ сказавши: „а хочешь,  сейчасъ городового кликну!?”—но, замѣтивши,  что я смутился и поблѣднѣлъ, потому что, ко­ нечно, шутки-шутками, а кто его знаетъ, не ровенъ  часъ,—Михаилъ Никифоровичъ съ ободряющимъ  видомъ хлопнулъ меня по плечу, прибавивши:  „ну, ну! Ничего! Ишь какъ вы перепуганы то!  Даже губы посинѣли!”— „Вы ужъ не пугайте,  Михаилъ Никифоровичъ, ионросилъ я, немного  отойдя—я человѣкъ робкій”… Михаилъ Ники­ форовичъ, благосклонно блеснувши глазами, вы­ молвилъ: „ничего, валяй дальше!” Я ободрился  и снова пошелъ „валять” чуть не цѣлыми стра­ ницами изъ барона Корфа… Я уже торжество­ валъ; казалось, великій мужъ начинаетъ смяг­ чаться… Но вдругъ онъ, перебивши меня на по­ лусловѣ, зѣвнувши сказалъ: „надоѣлъ, братецъ!  Ну что ты все мнѣ тычешь: Корфъ утверждаетъ,  Ушинскій доказываетъ! Эка невидаль! Ну и пу­ скай доказываютъ… пускай”… Я обомлѣлъ. Но,  помилуйте, Михаилъ Никифоровичъ! возопилъ я—  вѣдь уроки исторіи, примѣръ прошлаго… нако­ нецъ, наука… Вѣдь даже Гоголевскій горопти­ чій по временамъ обращался къ Христіану Ива­ новичу… Неужто же вы совершенно отрицаете  Христіана Ивановича? Вѣдь это нигилизмъ, Ми­ хаилъ Никифоровичъ, потому что Христіанъ Ива­ новичъ даже по штату полагается… Неужто же  вы хотпте совершенно упразднить Христіанъ Ива­ новича?” Но тутъ я прикусила–языкъ, потому  что Михаилъ Никифоровичъ недовольно нахму­ рился. „Ну… ты! Говори да не заговаривался!”  сказалъ великій мужъ.— „Михаилъ Никифоровичъ,  сказалъ я оторопѣвъ—вѣдь я чистосердечно…  единственно для пользы службы”…— „То то „чи­ стосердечно”… Знаемъ мы… Вонъ и Биль-  басовъ все говоритъ, что онъ „единственно для  пользы службы, а потомъ глядишь, пакость н  выйдетъ”, говорилъ великій мужъ все еще суро­ во, но уже замѣтно смягчаясь, явно тронутый  моимъ нелицемѣрнымъ испугомъ. „То-то, всѣ вы,  молокососы, еще разсуждаете! И я обращаюсь къ  Христіану Ивановичу… когда нужно положить на  носъ нашлепку… Вонъ недавно Авсѣенко у княги­ ни Вертихвостовой подглядывалъ подъ дверями,  какъ она съ графомъ Свѣтозаровымъ адюльтеромъ  занимается—для „Злагодуха” ему понадобилось—  ну.. .и пострадалъ… Христіанъ Ивановичъ нашлеп­ ку ему положилъ… Нѣтъ,тыприпомни, продолжалъ  Михаилъ Никифоровичъ,начиная уже волноваться—  ты припомни, какія Христіанъ Ивановичъ слова то  умѣлъ говорить?” Тутъ Михаилъ Никифоровичъ  взялъ 2-й томъ Гоголя п внушительно прочелъ:  „Христіанъ Ивановичъ издаетъ звукъ, отчасти по­ хожій на букву  и,  н нѣсколько на  е.  „Только и всѣхъ  его словъ было, прибавилъ великій мужъ съ уми­ леніемъ, откладывая книгу— „А ты: Христіанъ  Ивановичъ!” Великій мужъ помолчалъ и потомъ  съ горящими глазами вдохновенно началъ про­ износить: „Все прекращу: прекращу науки, ис­ кусства, прекращу Бильбасова, прекращу Кор­ фа, останется одинъ Христіанъ Ивановичъ. Въ  случаѣ надобности, онъ можетъ положитъ „на  шлепку”, въ случаѣ надобности, онъ можетъ дать  совѣтъ! Онъ ничего не доказываетъ и не будетъ  доказывать! Онъ будетъ лишь произносить нѣ­ что среднее между  и  и  е —внимающіе, да разу­ мѣютъ!—и Россія процвѣтетъ, ибо лжеуче­ нія прекратятся. Священники будутъ просвѣщать,  расторопные урядники предупреждать и пресѣкать,  Христіанъ Ивановичъ будетъ двигать науку, вре­ менами выражая свои мысля глубокомысленнымъ  произнесеніемъ своего „среднягозвука”. Такимъ  образомъ, рознь между теоріей н жизнью копнит­ ся и все сольется въ одпомъ благодарственномъ  гимнѣ”. Я слушалъ съ умиленіемъ, но все же  осмѣлился замѣтить: „Михаилъ Никифоровичъ!  Позвольте сказать!”— „Говори, братецъ!”— „А пп-  чего не будетъ?” на всякій случай спросилъ я.  Великій мужъ милостиво кивнулъ.— „Что еслп ме­ жду священниками найдутся __  неблагонадеж­ ные… кажется, нѣкоторые читаютъ „Голосъ”, а  также п „нашего друга” барона Корфа”.—„Улики  имѣешь?” спросилъ Михаилъ Никифоровичи, мрач­ но.— „Нѣтъ, такъ, слухомъ слыхалъ”… „Тото…  А то знаешь, что положено за недонесеніе”… „Но  упускать не должно… Пошлю Аксакова, пустьро-  зыщетъ”…— „Запрутся, Михаилъ Никифоровичъ!”  Великій мужъ грозно сверкнулъ глазами. „Ну, не­ бось, въ застѣнкѣ заговорятъ”… Я пытался еще  что то возразить, но Михаилъ Никифоровичъ пе­ ребилъ меня, съ горькой ироніей сказавши.— „О,  родъ лукавый и малодушный! Хотите знаменій и  чудесъ и не вѣрите безъ знаменій и чудесъ! Смотри  же маловѣръ!” прибавилъ великій мужъ. И по ма­ новенію его руки вдругъ открылась картина. Какъ  въ гигантской панорамѣяувндѣлъ всю русскую зем­ лю отъ Камчатки до Кавказа. Вездѣ школы, школы  школы, а въ нихъ ученики, склоненные надъ часо-  слововомъ. „Батюшки”, временами отрываясь отъ  поллевыхъ работъ, врывались производили распоря­ докъ, карали нерадивыхъ и вновь устремлялись  но своему обиходу. Между школами разъѣзжали  урядники на бѣлыхъ коняхъ, временами дѣлая  выемки для отысканія гдѣ-нибудь застрявшаго  еще „Нашего друга”, котораго но отысканіи,  тотъ часъ же предавали сожженію, при акомпанп-  ментѣ балалаекъ, сопровождаемыхъ веселыми  плясками счастливыхъ поселянъ. Въ мѣстахъ  прежде предназначенныхъ для „астрономовъ”  царилъ Христіанъ Иванычъ, занятый приготовле­ ніемъ гумознаго пластыря „на всякій случай” и  во всякую минуту готовый положить „нашлепку”  обывателю, если только тотъ представитъ свидѣ­ тельство о благонадежности. Неблагонадежные же  оставались безъ „нашлепки”, предчувствіе чего  значительно охлаждало ихъ пылъ въ сраже­ ніяхъ…. „Астрономы” были водворены на неприступ­ номъ островѣ, гдѣ имъ п предоставлено было  „доказывать” что угодно… „Пускай доказыва­ ютъ…. пускай!”, потирая руки, говорилъ Михаилъ  Никифоровичъ. Вся картина была, впрочемъ,  подернута полумракомъ. Солнца не было. Но  великій мужъ зналъ, что „времена н сроки” уже  исполнились и, вотъ, величественно выпрямив­ шись и куда то указуя перстомъ, изрекъ: „те­ перь можно!” Солнце взошло и снова, вопреки  воплямъ заключенныхъ на островѣ „астрономовъ”,  пошло ходить вокругъ насъ…. Я палъ на колѣни и увѣровалъ… Все исчезло. Великій мужъ, изнеможенный, но  довольный опустился въ кресла. Я пользу­ ясь его хорошимъ расположеніемъ, тутъ же от­ просился. „Михаилъ Никифоровичъ, сказалъ я,—  позвольте вамъ доложить!” — „Говори, бра­ тецъ…”— Я, кажется ужъ достаточно отъ  чистаго сердца. — „Ничего, братецъ, проси!” ЮЖНЫЙ КРАЙ ЮЖНОЕ ОТДѢЛЕНІЕ РЕДАКЦІИ И КОНТОРЫ ГАЗЕТЫ „ГОЛОСЪ” И X А Р Ь К О В С К О Е О Т Д Е Л Е Н И Е  „МЕЖДУНАРОДНАГО ТЕЛЕГРАФНАГО АГЕНТСТВА” помѣшается на углу Екатеринославской и Яро­ славской ул., д. Горлова, кв. Д’» 4.  Контора по прежнему открыта отъ 10 ч. у. до 4 ч.  дня. Пріемъ подписки и объявленій по таксе Но, строго говоря, для прекращенія дуэлей, этого сво­ его рода самоуправства, необходимо, воиервыхъ, воз­ вышеніе нравственнаго уровня всего общества, чтобы  личныя оскорбленія, вызывающія поединки, были не­ мыслимы, и вовторыхъ, необходимо огражденіе лич­ ности не только карою закона, но и общественнымъ  презрѣніемъ ко всякому обидчику. Къ. сожалѣнію, ни  современное общество, ни даже самъ законъ пе отно­ сится къ нимъ строго. Общество, въ большинствѣ слу­ чаевъ, видитъ въ обидчикахъ какихъ-то героевъ, мо­ лодцовъ, а законъ караетъ за личныя оскорбленія са­ мыми незначительными взысканіями. Надѣяться, что суровая угроза закона умень­ шитъ число дуэлей, бывающихъ у насъ, къ сло­ ву, сказать довольно рѣдко—едвали можно. Люди, ставящіе жизнь на карту, неужели станутъ  справляться о томъ, какъ велико наказаніе тому язѣ  нихъ, кто останется въ живыхъ? Разумѣется, нѣтъ, и  всѣ проектируемыя нынѣ въ министерствѣ юстиціи  увеличенія каръ за дуэли, по нашему мнѣнію, не при­ несутъ никакой пользы. Прибавимъ къ этому, что Уложеніе относится  къ поединкамъ вовсе не снисходительно и болѣе  важные случаи караетъ заключеніемъ въ крѣпо­ сти отъ четырехъ до шести лѣтъ н ссылкою въ  Сибирь на поселеніе. Юродствующій „Гражданинъ”, педавпо рато­ вавшій въ защиту взяточничества, теперь пишетъ  инсинуаціи противъ сенатора Манассаина, реви­ зовавшаго Лнфляндскую и Курляпдспуіо губер­ ніи, п съ большимъ сочувствіемъ говоритъ о на­ шихъ прибалтійскихъ баронахъ. Въ Остзейскомъ краѣ неладно. Поѣздка сенатора Ма­ на ссеипа въ качествѣ ревизора, какъ и слѣдовало ожи­ дать. вызвала много фальшивыхъ положеній!, создала  мпого недоразумѣній и возбудила много страстей. Лиф-  ллндскій губернаторъ, баронъ Икекѵлъ, прибылъ сюда,  и привезъ съ собою, какъ мнѣ говорили, извѣстное ко­ личество доводовъ и фактовъ, заслуживающихъ внима­ нія противъ сенатора,’ будто бы все рѣзче и рѣзче пе-  реходячтаго изъ роли сенатора ревизующаго въ роль  диктатора. Сенаторъ Манассеннъ очень умный, но рѣз­ кій. н вовсе не привѣтливый и необходительный че­ ловѣкъ. Рубить съ плеча не могло быть задачею сека-  тора-ревпзора въ такой мѣстности, гдѣ столько жпз-  неныхъ вопросовъ вызываютъ политическія страсти, и  гдѣ кромѣ закона, есть цѣлый вѣковой міръ взглядовъ,  бытовыхъ отношепій, обычаевъ и преданій, требую­ щихъ знанія края, языка, большого такта, умѣнья  тонко  обращаться съ людьми, терпимости, утончен­ ной вѣжливости и безпристрастія. Къ сожалѣнію все­ го этого, у сенатора Манассеппа пе было достаточно.  Онъ очутился какъ въ лѣсу, между нѣмцами, которымъ  онъ не сочувствуетъ, между латышами, которымъ онъ  хочетъ сочувствовать, но пе понимая ихъ, и между  лже-общественньгмъ либеральнымъ мнѣніемъ русскихъ  газетъ, у которыхъ онъ не прочь добыть отъ (?) попу­ лярности. Само собою разумѣется, что при всемъ его  умѣ, при всемъ его усердіи, при всемъ желаніи его  быть добросовѣстнымъ и безпристрастнымъ, ревизую­ щій! сенаторъ Манассеннъ долженъ былъ вслѣдствіе ус­ ловій, въ которыя онъ попалъ, оказаться на первыхъ  же порахъ пристрастнымъ, и мало по налу, самъ того  пе замѣчая, переходить изъ роли простаго изслѣдова­ теля, къ сложной роли верховнаго администратора и  судьи и, со всѣхъ сторонъ создать себѣ кучу пристраст­ ныхъ приверженцевъ, п такую же кучу пристрастныхъ  враговъ. Тирада заканчивается увѣреніемъ, что теперь  „не время подымать въ Остзейскомъ краѣ соці­ альные и политическіе вопросы”, вызываемые не­ урядицей, пахнущей Ирландіей. Съ какимъ удо­ вольствіемъ прочли бы гг. „рыцари” такіе совѣты,  еслибъ они были даны какимъ-нибудь другимъ  органомъ, а не той газетой, которая играетъ роль  литературнаго клоуна! Въ Петербургѣ издается мало кому извѣстный  еженедѣльный журналъ „Лучъ”. Этотъ „органъ”  бѣжитъ пѣтушкомъ за „Московскими Вѣдомостя­ ми” и совершенно откровенно, съ наивностью  ребенка, „ставитъ точку надъ і” и до конца до­ говариваетъ то, на что не только г. Катковъ но  даже и князь Мещерскій рѣшается только наме­ кать. Земство—зло; сельскія тк’ы н тоже зло. Отъ обоихъ  золъ надо поскорѣй избавиться. Этими афоризмами завершаются разсужденія  „Луча” о необходимости передать народныя шко­ лы духовенству, и юродствующій „Лучъ” на этотъ  разъ оказывается логичнымъ: онъ приходитъ въ  восторгъ при мысли о томъ, что сельскіе учите­ ля будутъ смѣнены священниками п не скрыва­ етъ причины своего восторга: земство, по его  мнѣнію, зло и потому должно быть всячески обез­ силиваемо. А чѣмъ же и обезсиливать его, какъ  пе лишеніемъ всякаго вліянія въ великомъ дѣлѣ  просвѣщенія народа? Государь Императоръ Всемилостивѣйше соизволилъ,  30 августа, пожаловать орденъ  св. Станислава 2-й сте­ пени  бухгалтеру Харьковскаго окружнаго интендант-  скаго управленія, коллежскому совѣтнику  Помгтову. Государь Императоръ, въ 30-й день августа, Всеми­ лостивѣйше соизволилъ пожаловать между прочимъ слѣ­ дующія награды: орденъ  св. Владиміра 4-й степени  во­ енному слѣдователю Харьковскаго военнаго округа,  Свѣш- никову; св. Анны 2-й степени:  бахмутскому уѣздному  предводителю дворянства,, етатск. сов.  Карпову;  кол­ лежскимъ ассессорамъ: уѣзднымъ предводителямъ дво­ рянства: курскому — Анненкову  п козелецкому  Маидри- кіъ  и секретарю военнаго прокурора Харьковскаго во-  еішо-окружнаго суда  Лебедеву; св. Станислава 2-й сте­ пени  предсѣдателю Лебединской уѣздной земской-уп­ равы, отставному поручику  Добрпселъскому. Произведены:  за отличіе по службѣ, капитаны 1-го ран­ га въ контръ-адмпралы: таганрогскій градоначальникъ  Зеленый 2-й  и командиръ 1-го черноморскаго флотска­ го, Его Высочества генералъ-адмирала, экипажа,  Не­ больсинъ 1-й.