Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна
повернутись
Видання:
Южный Край
Регіон:
Харків
Номер видання:
603
Дата випуску:
26.09.1882
Дата завантаження:
02.11.2018
Сторінок:
4
Мова видання:
російська
Рік оцифровки:
2017-2018
Кількість номерів:
Уточнюється
Текст роспізнано:
ТАК
Оригінал зберігається:
Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

ГОДЪ  I I . ХАРЬКОВЪ, ВОСКРЕСЕНЬЕ, 26 СЕНТЯБРЯ (8 ОКТЯБРЯ) 1882 ГОДА. No 603. Отдѣльные NoNo „Южнаго Края“ продаются по 6 коп. „Ю ЖНЫЙ КРАЙ“, ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ЛИТЕРАТУРНАЯ. ИЗДАНІЕ ЕЖЕДНЕВНОЕ. УСЛОВІЯ ПОДПИСКИ НА  1882 ГОДЪ: БЕЗЪ ДОСТАВКИ.  СЪ ДОСТАВКОЮ. СЪ ІІКРЕС. ИНОГОР. На 12 мѣсяцевъ……………………………………….10 руб.  50  коп. 12 руб. — коп. 12 руб. 50 коп. ”  ……………………………………….„ „  7 „ „ 7 „ 50 „ » 5 »  ……………………………………………. о я  40  я  6  я  30 „ 6′  я  60  я я ^  я  ………………………………………………* » 50 „ 5 я 20 „ 5 „ 60 я » 8  ” ………  3 „ 50 „  4 я  я 4 Я50Я » 2 » • •  2  „ 40 я  2  я 80 „  3  я  20  я » 1 ,  ………  1 я 20 я 1 я 40 я ■ 1 я 60 „ Подписка принимается только съ 1-го числа каждаго мѣсяца. Главная Контора газеты въ Харьковѣ, на Московской улицѣ, въ д. Харьковскаго Универснтета  А? 7-й, при „Публичной Библіотекѣ“ А. А. Іозефовпча, принимаетъ подписку и объявленія; открыта  въ будни отъ 8-ми час. утра до 7-ми час. вечера, а въ воскресные п праздничные дни отъ 11-ти  до 4-хъ часовъ дня. Кромѣ того,  ПОДПИСКА и ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИМАЮТСЯ:  въ Петербургѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для  всѣхъ европейскихъ языковъ, на Невскомъ проспектѣ, въ домѣ Струбинскаго и въ книжномъ магазинѣ Эмиля  Гартье, на Невскомъ проспектѣ, А» 27;  въ Москвѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ  языковъ, на Петровкѣ, въ домѣ Солодовникова и въ конторѣ подписки и объявленій Н. Печковской;  въ Варша­ вѣ—иъ  варшавскомъ агентствѣ объявленій Рейхмаиъ и Френдлеръ, на Сенаторской улицѣ, No 22;  въ Кіевѣ —въ  книжномъ магазинѣ Е. Я. Федорова;  въ Одессѣ—въ  книжныхъ магазинахъ В. И. Бѣлаго и Е. П. Распопова;  въ Лотовѣ —въ книжномъ магазинѣ Г. И. Бойно-Родзевича н  въ Кременчугѣ —у нотаріуса И. Ф. Знльберберга. Изъ  Франціи объявленія принимаются исключительно  въ Парижѣ  у Havas, Lafite et С°, Place de la Bourse. Редакція газеты  помѣщается въ  г.  Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ, No 1-й; для личныхъ объясненій по  дѣламъ газеты открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ и праздничныхъ дней, отъ 2-хъ до 3-хъ часовъ дня.—  Статьи, доставляемыя въ редакцію, должны быть непремѣнно за подписвю и съ адресомъ автора. Статьи, до­ ставленныя безъ обозначенія условій, признаются безплатпыми. Статьи, признанныя удобными для печати, под­ лежатъ, въ случаѣ надобности, исправленію н сокращенію. Мелкія статьи, замѣтки п корреспонденціи, неудоб­ ныя для печати, уничтожаются. ПЕРЕДВИЖНАЯ ВЫСТАВКА закрывается сегодня, въ 5 час. вечера. СОДЕРЖАНІЕ: Харьковъ. 25-го сентября 1882 года. Обозрѣніе газетъ  и  журналовъ. Мѣстная  хроника:  Изъ городской жизни. Телеграммы  (отъ „Международнаго  и  „Сѣвернаго те­ леграфныхъ агентствъ1*). Послѣднія извѣстія Внутреннія извѣстія:  корреспонденціи  „  Южнаго Краяа изъ  Бахмута, Волковскаго уѣзда, Веселой Лопани, Змі- ева, Валуйскаго уѣзда  и  Бахмутскаго уѣзда. —Извѣстія  другихъ газетъ: изъ  Кіева, Сквирскаго уѣзда, Одессы, Балты, Екатеринослава, Верхнедпѣпровскаго уѣзда, Мар­ іуполя, Азова  и  ІІятиюрвк». Внѣшнія извѣстія. ~сй”ьеѣ7—— — Календарь. Биржевая хроника  и  торговый  отдѣлъ. Справочныя свѣдѣнія. Фельетонъ:  I.  Воскресная бесѣда,  Прекрасой Маски.  II.  Музыкальные очерки,  W. Объявленія ХАРЬКОВЪ. 25-ю сентября 1882 ъ. Въ газетахъ появился слухъ о намѣреніи пра­ вительства измѣнить постановленія о незаконно­ рожденныхъ. Оказывается, что не только намѣ­ реніе давно существуетъ, но даже нриступлено  уже къ приведенію намѣренія въ исполненіе. А  именно, согласно этимъ же слухамъ, государ­ ственный совѣтъ поручилъ министру юстиціи со­ ставить проектъ новаго закона о незаконнорож­ денныхъ на началахъ, указанныхъ тѣмъ ate совѣ­ томъ, и министръ уже исполнилъ возложенное на  него порученіе; но внесъ проектъ не въ госу­ дарственный совѣтъ, а въ комиссію для состав­ ленія гражданскаго уложенія, въ виду совмѣстна­ го разсмотрѣнія проекта съ другими измѣнені­ ями въ гражданскомъ законодательствѣ. Такимъ  образомъ, теперь незаконнымъ дѣтямъ остается ВОСКРЕСНАЯ БЕСѢДА. Деревенскія драмы и комедіи,—Мелочи.—Стоитъ ли фи­ лософствовать?—Неожиданная находка.—Гдѣ слово?—  Чего нужно было г. Лавриненко.—Чего онъ не зналъ.—  Благочестивый г. Свиридовъ.-—Воровство.—Литература  фиктивныхъ счетовъ и юдофобія.—Quousque tandem? Въ одномъ изъ селъ нашей губерніи у самой  околицы красуется хата, на крышѣ которой при­ вязанная къ длинному шесту звенитъ и позвяки­ ваетъ традиціонная бутылка. Эта хата—необхо­ димая ‘принадлежность современной деревни, ея  „вѣчный жидъ“, подвергающійся въ настоящее  время самому безпощадному гоненію—попросту  кабакъ. Помнится, какой-то философъ предлагалъ  вообразить лимонъ безъ цвѣта, что конечно не  выполнимо, чего и добивался главнымъ образомъ  философъ, желавшій этимъ доказать, что вообра­ жать себѣ предметъ безъ его существенныхъ  признаковъ невозможно. Очевидно, философъ былъ  не русскій, ибо, будь онъ таковымъ, онъ никогда  не прибѣгнулъ бы къ примѣру съ лимономъ, а  взялъ бы болѣе наглядный примѣръ изъ русской  жизни, предложивъ вообразить себѣ деревню безъ  кабака, т. е. безъ ея главнаго существеннаго  признака. Такую деревню, конечно, вообразить  себѣ невозможно. Гдѣ лимонъ, тамъ желтый цвѣтъ;  гдѣ деревня—тамъ кабакъ. Это тоже въ своемъ  родѣ непреложное: А=А. Правда, сама деревня,  какъ слышно, вздумала вдругъ „мыслить себя”  безъ кабака, но, понятно, что причина подоб­ наго поступка заключается въ ея необразован­ ности и незнакомствѣ съ философіей, почему,  нужно надѣяться, что опытъ скоро самымъ на­ гляднымъ образомъ докажетъ ей, какъ глубоко  она заблуждается. Къ счастью, однако, такихъ  деревень пока еще очень немного. Не принадле­ жала къ ихъ разряду н та деревня, о которой мы  завели рѣчь: наоборотъ—она не только не дерзала  мыслить себя  безъ  кабака, а даже по мѣрѣ силъ  своихъ старалась почаще мыслить себя  въ  ка­ бакѣ…. Вѣдь передъ глазами ея былъ всегда та­ кой прекрасный примѣръ мѣстнаго урядника, ни  за какія блага въ мірѣ не бывшаго въ состояніи  мыслить себя хотя бы па одно мгновеніе  внѣ кабака …….  И не мыслилъ ……  Вотъ въ одинъ день (прекрасный или не прекрасный—о томъ молить Бога о скоромъ сочиненіи указаннаго  уложенія и о ниспосланіи „духа разума и духа  страха Божія” на редакторовъ его, который бы  внушилъ имъ благія мысли относительно незакон­ ныхъ дѣтей. А о дѣтяхъ этихъ пора бы поду­ мать: судьба ихъ законная черезчуръ нечальна.  Въ самомъ дѣлѣ; незаконнымъ дѣтямъ законо­ дательство отказываетъ во многомъ и прежде  всего въ правѣ пмѣть отца. Какъ ни странно  звучатъ эти слова, а несомнѣнно,что это такъ,—  незаконное отчество игнорируется закономъ. Мож­ но бы думать, что это странное постановленіе  истекаетъ изъ трудности доказать такое отчество.  Но что не въ этомъ главная причина, видно изъ  того, что и когда отчество вполнѣ песомнѣнно,  оно не признается законамъ. Незаконныя дѣти,  говоритъ законъ, хотя бы были воспитаны тѣми,  которые именуются ихъ родителями, не имѣютъ  права на фамилію отца. Но провозгласивъ такое  правило, тотъ же законъ, чувствуя странность  своего положенія, допускаетъ юридическую связь  между незаконнымъ отцомъ и незаконнымъ сы­ номъ, но подъ другимъ и весьма страннымъ  оправданіемъ, а именно—законъ позволяетъ не­ законному дитяти требовать содержанія у лица,  даровавшаго ему жизнь, но не какъ у отца, а  какъ у преступника, привлекая его на скамыо  подсудимыхъ. Дѣйствительно, таковъ путь, указан­ ный нашимъ уложеніемъ о наказаніяхъ, для али­ ментарнаго иска, какъ по своей идеѣ, такъ и  по осуществленію ея. На сколько нормально въ  подобномъ искѣ положеніе закона, а также  отца н его дитяти—понятно всякому. Тотъ за­ конъ, который должепъ насаждать добрые нравы,  водворять семейный миръ, тотъ законъ, который  предписываетъ почтеніе дѣтей къ родителямъ,  даже послѣ смерти послѣднихъ, ставитъ отца и  сына въ положеніе обвиняемаго и обвинителя.  Очевидная фальшь. Не менѣе фальшивое отно­ шеніе незаконныхъ дѣтей н къ матери. Тутъ за­ конъ, правда, не рѣшился совсѣмъ пойти на пере-  коръ природѣ: онъ не отвергаетъ, что эти дѣти  могутъ имѣть мать, но, такъ сказать, отчасти:  имени ея (хотя бы она была н незамужемъ) они  носить не могутъ, наслѣдовать послѣ нея имъ  тоже не дозволено. Если мы за симъ примемъ во точныхъ свѣдѣній не имѣю) сидитъ онъ въ ка­ бакѣ уже достаточно упитанный нектаромъ Ба­ хуса; усы оттопырились, носъ принялъ цвѣтъ  потухающей вечерней зарн, мутные осоловѣлые  глаза то безсмысленно устремлялись въ одну точ­ ку, то какъ-то но звѣринному вращались въ сво­ ихъ орбитахъ; отяжелѣвшая голова то безсильно  падала на грудь, то, стремясь сохранить свое  достоинство, тщетно пыталась гордо поднятьеи  носомъ вверхъ. Полураскрытыя уста изрѣдка  вмѣстѣ съ запахомъ сивухи извергали какое то  бормотаніе, походившее не то на Шипъ змѣиный,  не то на рыканье львиное. Однимъ словомъ, его  благородіе дошло до того состоянія, когда спо­ собность „прозрѣнія и проникновенія” достигаетъ  своей кульминаціонной точки, когда для нея не  существуетъ уже ничего непрозрачнаго, почему  взоръ свободно проникаетъ до глубины мрачнаго  подземнаго царства Плутона и созерцаетъ дикую  пляску чумазыхъ, рогатыхъ, однокопытныхъ чер­ тенятъ…. И пляшутъ чертенята, и умиляется его  благородіе… Но вотъ онъ поднялъ голову и пе­ редъ глазами его предсталъ вдругъ чортъ гигант­ скаго роста, съ огромной палицей въ рукахъ и  чѣмъ то блестящимъ на груди. Его благородіе  содрогнулся… Чортъ корчитъ рожи, высовываетъ  языкъ… Его благородіе начинаетъ негодовать,  но въ то же время чувствуетъ невольный ужасъ.  Волосы шевелятся у него на головѣ, морозъ про­ бѣгаетъ по кожѣ; онъ готовъ уже закричать, но  паническій ужасъ сковываетъ ему уста и прико­ вываетъ его къ мѣсту, не давая возможности поше­ вельнуться. Между тѣмъ чортъ ровнымъ мѣрнымъ  шагомъ направляется мимо него прямо…. къ  стойкѣ н требуетъ косушку… А?! Тьфу! да вѣдь  это сотскій Иванъ! Страхъ мигомъ улетучивает­ ся, а вмѣстѣ съ нимъ и танцующіе чертенята.  Его благородіе возвращается въ дѣйствительный  міръ, какъ бы приходитъ въ сознаніе и начина­ етъ мыслить себя находящимся въ своей сферѣ,  сирѣчь, кабакѣ. Этого было достаточно, чтобы  онъ началъ сознавать себя урядникомъ. Созналъ  и усовѣстился своего минутнаго страха передъ  померещившимся чортомъ. Усовѣстился и нашелъ  необходимымъ возстановить свой авторитетъ. — Со-о-отскій!!!…. Косушка, уже коснувшаяся бщо дождавшихъ I вниманіе, что по особенностямъ теперешняго  соціальнаго строя, вообще, и, но особымъ усло­ віямъ нашимъ отечественнымъ въ частности, жен­ щина у насъ участвуетъ больше въ потреб­ леніи, чѣмъ въ производствѣ, и слѣдовательно,  не имѣя сама много, не можетъ дать много и  своимъ незаконнымъ дѣтямъ, то мы можемъ  безъ преувеличенія сказать, что легально дѣ­ ти эти обречены на страданія. Конечно, не  одно жестокосердіе водило рукой законодателей,  когда они создавали подобные законы. Внѣ вся­ каго сомнѣнія и эти законы внушены благими  намѣреніями. Но недостаточность однихъ бла­ гихъ намѣреній, безъ надежды провести ихъ въ  жизнь, очевидна для всякаго. Это въ особенности  надо сказать о такой общественной силѣ, какъ  законъ. Законъ долженъ быть разсчитанъ не  только на высокія цѣли но и на средства про­ вести ихъ въ жизнь. Такъ, въ данномъ случаѣ  ясно, что въ основаніе законодательства была  положена благая цѣль: путемъ обдѣленія неза­ конныхъ дѣтей, путемъ недружелюбнаго отноше­ нія къ нимъ закона, удержать родителей отъ  противозаконныхъ связей. Тутъ за отправный  пунктъ взята была теорія устрашенія, „чтобы н  другимъ, на то глядя, не повадно было такъ дѣ­ лать”. Но кому же неизвѣстна вся несостоятель­ ность этой теоріи; страхъ имѣть отрѣзаннымъ  носъ, уши, руки и даже лишиться жизни не удер­ живалъ людей, склонныхъ къ преступности, отъ  преступленія. То же оказалось и здѣсь: отъ преслѣ­ дованія незаконныхъ дѣтей, число незаконныхъ со-  жчтельствънисколько яеуменьтпилось. Да, давно бы  человѣчество благоденствовало, еслибы строгіе за­ коны лѣчили всѣ общественные нелуги. Но дѣло не  стоитъ такъ. Никакой законъ не  р , т  состояніи  изгладить того, что начертила жизнь. Попути  преслѣдованія незаконныхъ дѣтей шли и дрѵгія  законодательства; но, умудренные опытомъ, убѣ­ дились въ безполезности жестокихъ мѣръ къ  жертвамъ чужой ошибки или несчастія, и пошли  по пути гуманности, введя, въ той или въ другой  мѣрѣ, н незаконныхъ дѣтей въ законъ. Нельзя  умолчать, что помѣхой для созданія сноснаго по­ ложенія для незаконныхъ дѣтей у насъ служилъ  до недавняго времени весь общественный строй  нашъ. Разумѣемъ крѣпостное право. Кто не  знаетъ, какъ наши рабовладѣльцы безцеремонно  относились къ „стыдливости” своихъ крѣпост­ ныхъ. Кому неизвѣстно, какой громадный про­ центъ незаконныхъ дѣтей доставлялся этими рабо­ владѣльцами. Очевидное дѣло, что надѣленіе не­ законныхъ дѣтей правами, при общемъ безправіи  крѣпостныхъ, было бы сильнымъ диссонансомъ  въ общей гармоніи безправія крѣпостнаго люда.  Какъ незаконный сынъ  А .  требуетъ (существуй  такой законъ) содержанія отъ  В .,  незаконнаго  отца. Тотъ же  В .,  въ качествѣ помѣщика, чтобы  развязаться съ своимъ сыномъ, отдаетъ его въ  солдаты. Ясно, что даже мудрый гуманный законъ  ризбпвался бы о жестокія условія тогдашней  жизни. Словомъ, тогдашнее законодательство о не­ законнорожденныхъ является однимъ изъ звеньевъ  въ длинной цѣпи привиллегій тогдашняго дворян­ скаго класса. Теперь, съ измѣненіемъ времени,  измѣнилась существенно и роль закона: теперь  тотъ же самый законъ, который когда то покро­ вительствовалъ высшимъ классамъ, оказывается  особенно тяжелымъ для этпхъ же классовъ, и  вотъ почему: незаконныя дѣти матерей изъ при-  виллегнрованныхъ классовъ причисляются къ по­ датнымъ сословіямъ, незаконныя же дѣти изъ  йодатнаго класса ничего въ этомъ отношеніи не  теряютъ—оставаись, какъ и ихъ родители подат­ ными; далѣе, только для незаконнорожденныхъ  изъ состоятельныхъ классовъ особенно чувстви­ тельно лишеніе наслѣдственныхъ правъ; сыну же устъ, выскользнула, расплескавъ всю сивуху, изъ  рукъ сотскаго, огорошеннаго окрикомъ урядника.  Въ кабакѣ моментально наступила мертвая ти­ шина, только какой то уже совсѣмъ накатившій­ ся и потому совершенно равнодушный ко вся­ кимъ окрикамъ мужиченко, что то безсвязно  бормоталъ, повалившись йодъ лавку и воображая  себя поющнмъ какую то залихватскую пѣсенку.  На самомъ же дѣлѣ пѣлъ, конечно, не онъ, а  затянулъ пѣсню его благородіе. — Сотскій!! Ты зачѣмъ здѣсь? А? За-ачѣмъ?  Мерррзавецъ! Слышишь! зачѣмъ? — Выпить! лаконически отвѣтилъ вопрошаемый,  успѣвшій уже, немного оправиться. — Вы-ы-ыпнть?! думая гаркнуть, какъ то скрип­ нулъ, какъ немазаиное колесо, сиплымъ съ пе­ репою голосомъ урядникъ. Ахъ, ты негодяй!  какъ смѣлъ? знаешь, кто здѣсь?А? — А хто? уже совершенно овладѣвъ собой, от­ вѣтилъ сотскій. Хиба як урядник у кабакі, так  нікому нельзя и буть тутичкц?.. Дерзость была на столько велика, на столько  неслыхана, что урядникъ въ первую минуту да­ же оторопѣлъ. Но еще одно мгновеніе и онъ  пришелъ въ себя. Негодованіе его не имѣло гра­ ницъ. Какъ? тамъ, въ Подольской губерніи, на  парѣ подобныхъ мерзавцевъ, запряженныхъ въ  повозку, катаются цѣлыхъ семь верстъ, а тутъ  вдругъ… нѣтъ! такъ дальше продолжаться не мо­ жетъ. — Трахъ! Трахъ! Кабакъ оглашается двумя звонкими затрещи­ нами, и дерзкій сотскій кувыркомъ летитъ на  полъ. —  ІІротестуюсъ,  православные, протестуюсь!  кричитъ онъ, обращаясь къ почтеннѣйшей пуб­ ликѣ, которая бросается къ уряднику. Но тутъ  вмѣшиваются болѣе трезвые мужики. Около часу  длится невообразимый шумъ, пока наконецъ не  заключается „мировая”: успѣвшій уже снова осо­ вѣть урядникъ, согласно условію, ставитъ пол­ кварту. И пьютъ православные, и пьетъ сотскій  Иванъ, заливая скуловоротную обиду сивухой….  Да вѣдь ничего другого ему и дѣлать не остает­ ся, какъ -только заливать…. И заливаетъ. Но  вотъ наконецъ полкварта распита. Его благоро­ діе возвращается домой. Дуть его лежитъ мимо какой-нибудь солдатки нечего пріобрѣтать по на­ слѣдству. Наконецъ, простой народъ, имѣющій  свой замкнутый юридическій бытъ, пользуется  человѣколюбивыми способами ввода незакон­ ныхъ дѣтей въ семью, какъ-то усыновле­ ніемъ п узаконеніемъ чрезъ послѣдующій бракъ  родителями—способами, неизвѣстными нашему  писанному праву. Къ сказанному нельзя не при­ бавить, что среди нривиллегпрованныхъ и непри­ вилегированныхъ классовъ, благодаря строгости  бракоразводнаго права, число внѣбрачныхъ сожи-  тельствъ, а съ ними и число незаконныхъ дѣтей  возрастаетъ въ сильной степенп. Все это пока­ зываетъ, что вопросъ о незаконныхъ дѣтяхъ тре­ буетъ настоятельнаго разрѣшенія. Вотъ почему  едвали ■ слѣдовало бы даже это разрѣшеніе ото­ двигать ко времени составленія гражданскаго уло­ женія—безъ сомнѣнія не близкому. Обыкновенно  въ большей части вопросовъ семейнаго права со  всякой реформой связапа необходимость опроса  представителей церковной властп: о согласіи или  несогласіи ихъ. Институтъ о незаконнорожден­ ныхъ въ этомъ не нуждается. Церковь ничего  не можетъ имѣть противъ улучшенія судьбы  незаконнорожденныхъ дѣтей, —.напротивъ, цер­ ковь можетъ отнестись къ этому только со­ чувственно, такъ какъ она же въ свое вре­ мя значительно содѣйствовала и на Западѣ,  и на Востокѣ уменьшенію безправія незаконныхъ  дѣтей. Поэтому желанія церкви н государства  тутъ, могутъ только совпасть. По слухамъ, со­ ставленный въ министерствѣ проектъ вноситъ три  радикальныя измѣненія въ существующее законода­ тельство о незаконныхъ дѣтяхъ: вопегишхъ, допу­ щено узаконеніе чрезъ послѣдующій бракъ; вовто-  рыхъ, признаны за незаконными дѣтьми права на  содержаніе отъ незаконнаго отла, въ той же мѣрѣ,  какъ это предоставлено законнымъ дѣтямъ. Слѣ­ довательно, въ проектѣ оставлена вполнѣ уголов­ ная точка зрѣпія на искъ о содержаніи и тѣмѣ  устранены и моральныя, и практическія неудоб­ ства такой постановки дѣла, и въ третьихъ, срав­ нены въ наслѣдственныхъ правахъ послѣ матери  незаконныя дѣти съ законными. Сюда слѣдовало  бы присоединить еще слѣдующія мѣры: 1) должно  быть признано право незаконнорожденнаго на  фамильное имя своего отца, такъ какъ лишеніе  этого нрава оскорбляетъ моральное чувство не­ законнорожденнаго, даже въ большей степени,  нежели лишеніе наслѣдства; 2) должны быть впол­ нѣ приравнены закономъ дѣти отъ, такъ назы-  ваемыхъ, путативныхъ браковъ, т. е. отъ бра­ ковъ, въ законности которыхъ, при заключеніи1,  были убѣждены оба супруга, или хоть одинъ изъ  нихъ; такъ какъ здѣсь неповинны не только дѣ|  ти, но и родители; 3) должны быть если не при­ равнены, то, по крайней мѣрѣ, въ большей сте­ пени взяты подъ покровительство закона, чѣмъ  другія, незаконнорожденныя дѣти невѣстъ,какъ  это сдѣлано во всѣхъ германскихъ государствахъ,  Наконецъ,надъ всѣмп незаконнорожденными долж­ на быть установлена обязательная опека—такъ  какъ положеніе ихъ съ сиротами вполнѣ анало­ гично, а отчасти даже хуже—незаконнымъ дѣ­ тямъ надо добиваться правъ отъ свипхъ родите­ лей, между тѣмъ сиротамъ достаются эта права  въ силу закона. Разумно разработанные всѣ эти  принципы могли бы значительно облегчить пе­ чальную судьбу незаконнорожденныхъ дѣтей по  нашему праву. ОБОЗР Ѣ НІЕ ГАЗЕТЪ И ЖУРНАЛОВЪ. „Русскій Курьеръ” продолжаетъ отличаться.  Въ No 262 онъ говоритъ: Каковы должны быть отношенія между церковью и го­ сударствомъ—вотъ вопросъ, который принципіально  разрѣшается очень легко и просто, но въ жизни, благо­ лавочки, содержимой мѣстнымъ Янкелемъ. Отче­ го не завернуть? — Эй, ты паршивецъ! покрикиваетъ опъ на дрожащаго Янкеля, живъ еще, жидюга? Постой  еще: вотъ разрѣшеніе будетъ …… -Появляются двѣ дочери Янкеля. — Жпдовочка Рохля  На припечку здохла,— затягиваетъ урядникъ, и цѣлый потокъ самаго  ципичпаго сквернословія сыплется на головы по­ краснѣвшихъ и спѣшащихъ удалиться дѣвушекъ. — Ну, живѣй, жидюга! Сахару, чаю…. Требуемое отпущено…. Нагруженный урядникъ съ довольнымъ видомъ удаляется изъ лавки. — Ничего! Вотъ уже будетъ разрѣшеніе! утѣ­ шаетъ онъ попадающихся на пути мужиковъ…. Мелочи! Мелочи! Мелочи! Совершенно вѣрно.  Но вѣдь изъ мелочей слагается вся жизнь, какъ  изъ частей слагается цѣлое. И едвали это будетъ  невѣрно, еслп мы скажемъ, что гдѣ нѣтъ мело­ чей, тамъ пѣтъ ничего, нѣтъ жизни. Но это,  конечно, философія; а ее по нопѣшнимъ време­ намъ полагается по боку. И мы по боку. Попят­ но, не непремѣнно такъ таки всегда по боку:  можно и по скуламъ, примѣръ чего мы видѣла  выше, ибо что другое олицетворялъ собою Ивапъ,  какъ не философію? „А хто”? Въ этихъ двухъ  односложныхъ словахъ, конечно, такая наифііло-  софская философія, передъ которой поблѣднѣетъ,  пожалуй, вся германская метафизика. Вонъ, го­ ворятъ, нѣмецкіе филологи о частицѣ an, за ко­ торую я, будучи въ гимназіи, столько единицъ  отъ „грека”’ получилъ, с’отни томовъ написали.  Не меньше, нужно полагать, можно было напи­ сать и про это „а хто?“. Вѣдь тутъ, поди, чуть  ли не отъ временъ Рюрика начинать придется.  Объ однихъ Новгородцахъ сколько исписать при­ дется: очень они охочи были это „а хто?” во­ прошать. Стоитъ только, понятно, пофилософство­ вать, а тогда и по скуламъ, то бишь, пиши, сколь­ ко хочешь. Но лучше конечно этого пе дѣлать,  ибо— Пофилософствуй—умъ вскружится. А это вѣдь очень сквериая’вещь, когда „вскру­ жится”: того гляди, на Сабурову дачу угодишь,  да холодными душами на земскій счетъ пользо­ ваться начнешь, еще однимъ, слѣдовательно, лиш­ нимъ бременемъ на плательщика ляжешь, отче­ го, того и жди, что и у него „вскружится” и  пойдетъ катавасія… Докторовъ, докторовъ то  сколько тогда потребуется—страсть! И все это  потому, что „не философствуй”. Вотъ я п не  философствую. Такъ то вотъ какъ то лучше, спо­ койнѣе: и на Сабурку не угодишь, и не „вскру­ жится”, и катавасіи не будетъ. Тихо, смирно,  благородно, какъ говоритъ одна изъ щедрин­ скихъ героинь. ІІо боку—такъ по боку, по зу­ бамъ—такъ по зубамъ, ио скуламъ—такъ но ску­ ламъ: бѣда не велика, за то благодать то какая,  ни вѣтерка, ни дуновенія, ни вѣянія, все, опять  таки, тихо, благородно. Какого же еще рожна  нужно? И не нужно, ровно никакого не пужно…  „Какого рожна?” Ахъ какое открытіе. И какъ  неожиданно. Истинно, не знаешь, гдѣ найдешь,  гдѣ потеряешь. Я его гдѣ искалъ, а опо вотъ  гдѣ объявилось. И настоящее „слово”; именно  то, которое я искаіъ. А началъ я свои поиски  болѣе, чѣмъ полтора года тому-назадъ. Еще въ  январѣ 1881 года, бряцая ио своему обыкнове­ нію на лирѣ, я вдохновенно ударилъ по струнамъ  и, съ дозволеніи, конечно, петербургской цен­ зуры, вопросилъ: Гдѣ слово? Гдѣ найти мнѣ слово  Съ безграничной властью  Надо всѣмъ, что подло, Что мѣшаетъ счастью? Чтобъ оно какъ громомъ  Въ душу ударяло; Чтобъ лучами правды  Міръ весь озаряло; Чтобъ съ волшебной силой  За сердца задѣло; Чтобъ я могъ тѣмъ словомъ  Вызвать всѣхъ на дѣло; Чтобы горько плакать  Злыхъ я могъ заставить; Чтобъ съ пути свернувшихъ  Вновь на путь направить; Чтобъ тогда все въ мірѣ  Вмигъ-бы измѣнилось; Чтобъ отъ тучъ грозовыхъ  Небо прояснилось; ЮЖНЫЙ КРАЙ Ф О  Т  O Г Р А Ф І Я  продается на очень выгод-   н ЫХ/Ь условіяхъ, въ боль­ шомъ городѣ имѣющемъ 70,000 жпт. Адресъ: обращать­ ся въ аптеку Чугаева, Вѣнцковскому. (No 5303) 2—1 даря разнообразію историческихъ и національно-психо­ логическихъ условій, усложняется такой массой затруд­ неній, что самые сильные умы и желѣзные характеры  отчаиваются въ его успѣшномъ разрѣшеніи. Но „сильные умы и желѣзные характеры”, ра­ тоборствующіе въ Ланпнскомъ изданіи, само со­ бой разумѣется, не отчаиваются распутать Гор­ діевъ узелъ, по крайней мѣрѣ въ области школь­ наго дѣла. Послѣ выписанной нами увертюры,  московская газета говоритъ что-то о теократі­ яхъ, Шталѣ, Де-Местрѣ и проч. и проч., вдох­ новляясь нѣмецкими ЕеіігЬисІГами, и формулиру­ етъ свои „идеи” такъ: Мы этимъ не хотимъ сказать, что воспитанниковъ  школы слѣдуетъ оставлять въ невѣдѣніи относительно  религіозныхъ догмъ и политическихъ правъ и обязан-  носіей; напротивъ, ознакомленіе съ тѣми и съ другими  считаемъ мы необходимымъ, но цѣль эта можетъ быть  достигнута  ц  внѣ школы, напр.—въ церкви  и  прави­ тельственныхъ присутствіяхъ О какихъ „правительственныхъ присутствіяхъ”  здѣсь идетъ рѣчь,—неизвѣстно; ясно только одно,  что московская газета предлагаетъ вычеркнуть  изъ программы нашей народной школы Законъ  Б ожіи . Кому, кромѣ совершенно невмѣняемаго субъек­ та, могла придти въ голову мысль, что въ Россіи  желательна и возможна такая нелѣпая „реформа?” „Новости”, разбирая вопросъ о передачѣ парод-  паго образованія въ руки духовенства, дѣлаютъ  краткій историческій очеркъ церковно-приход­ скихъ школъ и, между прочимъ, замѣчаютъ: Церковно-приходскія школы прежде процвѣтали по­ всемѣстно; такъ, напримѣръ, въ 1865 году ихъ насчи­ тывалось до 21,420 съ 413,524 учащимися.’Но, затѣмъ,  оиѣ стали быстро падать, уступивъ мѣсто земскимъ  школамъ. Изъ чего видно, что до 1865 г. церковпо-при-  ходскія школы „процвѣтали?” Что онѣ существо­ вали „повсемѣстно”,—въ этомъ нѣтъ сомнѣнія,  но нѣтъ сомпѣнія и въ томъ, что онѣ находи­ лись въ крайне незавидномъ состояніи и „проц­ вѣтали” въ воображеніи составителей отчетовъ.  Объ этомъ „ІОжиый Край” уже имѣлъ случай  говорить. Школы, находившіяся, судя по офи­ ціальнымъ отчетамъ, въ блестящемъ состояніи,  па самомъ дѣлѣ въ громадномъ большинствѣ слу­ чаевъ влачили самое плачевное существованіе:  помѣщались въ церковныхъ стооожкахъ, управ­ лялись, если не de jure, то de facto, какимъ-ни­ будь полуграмотнымъ причетникомъ или капто-  нистомъ, имѣли всего 5—6 учениковъ, да и то  „для счета” только. Бывало и такъ, что началь­ ство, положившись на отчетъ, представляло того  или другаго священника къ наградѣ за образцо­ вую педагогическую дѣятельность, а „по справ­ камъ” оказывалось, что у того никогда не было  пи школы, ни учениковъ. Въ концѣ своей статьи и „Новости” приходятъ  къ тому же заключенію и, забывъ ея начало, вос­ клицаютъ: Давно уже замѣчено, что церковно-приходскія школы  числились только на бумагѣ. Давиымъ давно. Въ послѣдней книжкѣ „Русскаго Вѣстника”  помѣщены письма покойпаго Сосницкаго, знаме­ нитаго петербургскаго актера, болѣе 50-ти лѣтъ  игравшаго въ Александринскомъ театрѣ. Груст­ но читать разсказы старика о томъ, какимъ уни­ женіямъ и прижимкамъ подвергался онъ со сто­ роны заправптелей храма Мельпомены. Заслужен­ наго и талантливаго артиста заставляли играть  безцвѣтныя роли, заваливали безцѣльной работой,  третировали съ высоты чиновничьяго величія и,  вообще, держали въ черномъ тѣлѣ, вслѣдствіе  какихъ-то высшихъ соображеній пли, говоря про­ ще, вслѣдствіе закулисныхъ интригъ. Да, не добрымъ словомъ иомянетъ исторія глав­ нокомандующихъ русскимъ драматическимъ ис­ кусствомъ. „Гражданинъ” ликуетъ и, воскликнувъ: „неска­ занно радъ!”—опровергаетъ „пущенныя печатью  слухи”. Нгікто не думаетъ  даже о закрытіи лицея или учили­ ща правовѣдѣнія, или объ измѣненіи ихъ привиллегій. Если вѣрить князю Мещерскому, окончаніе  курса въ лицеѣ и училищѣ правовѣдѣнія пред­ полагается считать высшимъ образовательнымъцен-  зомъ при поступленіи на правительственную долж­ ность, кандидату же правъ, желающему служить  но тому или другому, вѣдомству, придется дер­ жать особый экзаменъ на „дипломъ для государ­ ственной службы”.