321 – KARAZIN

Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

повернутись

Видання:

Южный Край

Регіон:

Харків

Номер видання:

321

Дата випуску:

01.12.1881

Дата завантаження:

02.11.2018

Сторінок:

Мова видання:

російська

Рік оцифровки:

2017-2018

Кількість номерів:

Уточнюється

Текст роспізнано:

ТАК

Оригінал зберігається:

Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

Издатель А. А. Іозефовичъ. Главная контора газеты въ Харьковѣ, па Москов ской улицѣ, въ домѣ И мператорскаго Университе та, No 7, при „Бубличной Библіотекѣ11 Александра Александровича Іозефовича, принимаетъ подписку н объявленія; открыта въ будни отъ 8 час. утра до 7 час. вечера, а въ воскресные и праздничные дни отъ 11 до 4 час. дня. Е Ж Е Д Н Е В Н О Е И З Д А Н ІЕ . ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ЛИТЕРАТУРНАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ. No 321. ХАРЬКОВЪ, ВТОРНИКЪ 1 (13) Декабря 1881 года. ГОДЪ I. Редакторъ А. Н. Стояновъ. Редакція газеты помѣщается въ г. Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ, No 1; для личныхъ объяс неній по дѣламъ газеты открыта ежедневно, кро мѣ воскресныхъ и праздничныхъ дней, отъ 2 до 8 час. дня. Статьи,’ доставляемыя безъ означенія условій, признаются безплатными. Статьи и коррес понденціи, присылаемыя въ Редакцію, должны бетъ за подписью и съ адресомъ astopa. Отдѣльные NoNo „Южнаго Края“ продаются по 6 к. ВТОРОЙ ГОДЪ ИЗДАНІЯ „ЮЖНЫЙ КРАЙ” 1 8 8 2 г о д а . ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ЛИТЕРАТУРНАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВЫХОДИТЪ ЕЖЕДНЕВНО. ПОДПИСНАЯ ЦѢНА: На годъ. На 6 ыѣс. На 3 ыѣс. На 1 мѣс. Безъ доставки ………………………….. 10 р. 50 к. 6 р. — к. 3 р. 50 к. 1 р. 20 к. Съ доставкою ………………………………. 12 р. — к. 7 р. — к. 4 р. — к. 1р . 40 к. Съ пересылкою . . . . . . . 12 р. 50 к. 7 р. 50 к. 4 р. 50 к. 1 р. 60 к. Газета „Южный Край” будетъ издаваться въ 1882 году подъ прежнею редакціею и по прежней программѣ. Глазная контора редакціи въ Харьковѣ, на Московской улицѣ, въ домѣ университета, No 7-й, при „Публичной Библіотекѣ” А. А. Іозефовича, прини маетъ подписку и объявленія. Бъ видахъ доставленія „Южнаго Края” гг. городскимъ подписчи камъ, не позже 9 часовъ утра, Главная Контора значительно уве личила число разнощиковъ газеты. О случаяхъ доставки газеты позже означеннаго часа, Главная Контора покорнѣйше проситъ, по этому, гг. подписчиковъ заявлять каждый разъ устно или письменно. Іолитичесное обозрѣніе. Сиѣсь. Баржевая хроника а торговый отдѣлъ. Календарь. Справочныя свѣдѣнія. Фельетонъ: Литературныя замѣтки, Г. Объявленія. г • . . ■ кіІПГ. .■ •’ ХАРЬКОВСКІЙ ТОРГОВЫЙ БАНКЪ. (основанъ въ 1868 г.). Складочный напиталъ . . . 1.000,000 р. — к. Запасный капиталъ . . . . 209,140 „ 28 „ УПЛАЧИВАЕТЪ ПО ВКЛАДАМЪ: До востребованія . . . . . 5°/о 11а срокъ до 1 года …. 5Ѵав/о На сроки два года и болѣе . . . 6°/» Цо текущимъ счетамъ …. 4% Выдаетъ сеуды подъ залогъ цѣнныхъ бумагъ и товаровъ. Учитываетъ векселя. Переводитъ въ разные города Имперіи денеж ныя суммы. Іринишаетъ на ношиссіга для полученія век селя, писанные на русскую или иностранную валюту. Исполняетъ порученія по покупкѣ и прода жѣ разнаго рода цѣнныхъ бумагъ преимуще ственно же: государственныхъ, гарантирован ныхъ правительствомъ и закладныхъ листовъ мѣстныхъ земельныхъ банковъ. Адресъ телеграфомъ и почтою: Харьковъ, Торговый Банкъ. СОДЕРЖАНІЕ: Харьковъ, 30 ноября 1881 года. О новыхъ желѣзныхъ дорогахъ въ предѣлахъ харьковской губерніи, А. Телятникова. Шѣстная хроника: Городскія дѣла!—Засѣда ніе харысовск. общества сельскаго хозяйства.— Изъ городской жизни. , Телеграшны (отъ спеціальн. корреспоидент. „Южнаго Края11, отъ „Международн. телеграфн. агентства” и изъ другихъ газетъ). Послѣднія нзвѣстія. Внутреннія извѣстія: Корреспопд: „Южнаго Края “ изъ Воронежа и Кобелякскаіо уѣзда .— Извѣстія другихъ газетъ: изъ Полтавы, Ново’ московски и Новочеркаска. ХАРЬКОВЪ. 30-го ноября 1881 г. ■ ‘ ■’ І Телеграфъ ежедневно приноситъ намъ крайне неутѣшительныя вѣсти съ Бал канскаго полуострова. Боснія и Гер цеговина—въ открытомъ возстаніи про тивъ Австріи, успѣвшей согласно поста новленіямъ берлинскаго конгресса наво днить эти провинціи своими полчищами. Черногорія сочувствующая своимъ брать ямъ, не смѣетъ оказать имъ никакой по мощи; отношенія ея къ Австріи очень натянуты, могутъ ежеминутно перейти въ открытое столкновеніе. Австрійскій флотъ блокируетъ берега Черногоріи. Въ Сербіи—крайнее недовольство, пе решедшее уже въ раздраженіе противъ „германофильствующаго” князя Мила на. Испуганный князь уже колеблется и подумываетъ о перемѣнѣ политики, отдавшей сербскій народъ на съѣденіе вѣковому врагу славянства. Въ Бол гаріи дѣла тоже идутъ не ладно; князь Алексанръ счастливо закончивъ госу дарственный переворотъ, никакъ не мо жетъ управиться: окружающія его без дарности изъ консервативнаго лагеря оказываются неспособными управлять народомъ, котораго они не знаютъ и не понимаютъ. Въ это же время Вы сокая Порта,совершенно,казалось бы,ос лабѣвшая послѣ погромовъ 1877—78 гг. и потерь, понесенныхъ ею-но мирно му трактату, вдругъ поднимаетъ голо ву: она опротестовала распоряженіе австрійскаго правительства о введеніи воинской повинности въ двухъ обла стяхъ, не безъ основанія разсматривае мыхъ ею какъ провинціи, находящіяся подъ верховнымъ суверенитетомъ султа на. Въ довершеніе всѣхъ бѣдъ, поло женіе дѣлъ усложнилось еще возник новеніемъ албанской лиги, покушаю щейся по всѣмъ видимостямъ оказать австрійской арміи серіозное сопроти вленіе. Можно ли сомнѣваться, что Порта, всегда умѣвшая ловить рыбу въ мутной водѣ, воспользуется реоргани заціею умершей было албанской лиги и съумѣетъ напустить эту свирѣпую и фанатическую орду „на тылъ и флангъ” шваба, пролагающаго себѣ дорожку на Салоники-Митровяцу! Безъ преувели ченія можно сказать, что громадныя пороховыя кучи, разсыпанныя по раз нымъ угламъ Балканскаго полуострова, только ждутъ той искры, которая во спламенитъ весь этотъ горючій матері алъ. Теперь искры только тлѣютъ, но, кажется, очень не далека минута страшнаго пожара. Пока еще трудно предвидѣть всѣ сложныя комбинаціи, которыя могутъ явиться результатомъ запутанности событій на Востокѣ; но въ настоящую минуту выясняется уже опасность, угрожающая балканскимъ славянамъ отъ нашествія Австріи. Что дѣлать Черногоріи, Сербіи и Болгаріи? Въ чомъ роль и задача Россіи, кото рая не можетъ оставаться равнодуш ною зрительницею этого „Drang дасѣ Osten”, пагубнаго славянскому міру при настоящемъ анти-славянскомъ на правленіи австрійской политики? Политическое благоразуміе, надлежа щее критическое отношеніе къ поло женію нашихъ финансовъ и многія другія причины воздержатъ Россію отъ всякихъ шаговъ, могущихъ обострить и безъ того неутѣшительный кризисъ на Востокѣ и увеличить шансы на войну съ Австріей, которая легко мо жетъ перейти No общеевропейскую. Бер линскій трактатъ, урвавшій у Россіи и славянъ балканскихъ многое изъ то го, что добыто было величайшими уси ліями и тяжолыми жертвами, Оставилъ по крайней мѣрѣ отечеству нашему одно неотъемлемое право —требовать отъ контрагентовъ исполненія поста новленій этого договора. Трактатъ по ручилъ Австріи занять временно и умиротворить Боснію и Герцеговину, которыя формально и торжественно продолжаютъ считаться турецкими про винціями. Слѣдовательно, Австрія не можетъ вводить тамъ воинской повин ности, совершенно не соотвѣтствующей верховнымъ правамъ султана, гаранти рованнымъ ему берлинскимъ ареопа гомъ и послѣдующимъ соглашеніемъ Порты съ Австро-Венгріею. Нарушить, измѣнить и дополнить трактатъ, кото рый есть двусторонняя сдѣлка мож но только подъ условіемъ согласія всѣхъ договаривавшихся въ немъ сторонъ. По этому Австрія, если онапожелаетъсохра- нить за собою хоть тѣнь права, не можетъ ограничить суверенныхъ правъ Порты на Боснію и Герцеговину безъ согла сія послѣдней и Россіи, чтобы не раз глагольствовали мадьярскія и вѣнскія газеты. Россія же, если она пожелаетъ остаться вѣрной своей традиціонной восточной политикѣ, должна наложить свое veto на задуманный Австріею планъ. Она не останется одинокою. Англія, при настоящемъ ея правительствѣ, не будетъ молчать и болѣе чѣмъ сомни тельно, чтобы она соблаговолила на грубое нарушеніе договора державою, которой Гладстонъ давно уже возвѣ стилъ, что не допуститъ ее запустить загребистую лапу въ общее наслѣдство „больного человѣка”. Германія же слиш комъ занята теперь внутри, чтобы ей можно было серіозно рисковать войною противъ Россіи и Англіи, при поддерж кѣ однихъ „двунадесяти языкъ австріат- скихъ”, при крайне гадательной по мощи Италіи и вѣроятномъ нападеніи въ тылъ Франціи, еще незабывшей Эльзаса и Лотарингіи. Но… „на Бога надѣйся, а самъ не плошай”; можно бы сказать и такъ: „на сосѣда надѣйся, а самъ не пло шай”. Многія обстоятельства могутъ вынудить Россію молчать до поры до времени, остаться холодною зритель ницею борьбы на востокѣ, припрятать свое veto. Славянамъ Турціи остается одно вѣрное и изстари испытанное сред ство борьбы слабыхъ противъ сильныхъ. Давно бы пора подумать имъ о заклю ченіи если непостояннаго, то хоть вре меннаго союза въ цѣляхъ обороны сла вянской народности отъ набѣговъ шваб скихъ. Къ этому союзу не трудно привлечь и Румынію, которая, въ на стоящую минуту, оказываетъ рѣшитель ное, почти геройское противодѣйствіе тому же злому року, именуемому ав стро-венгерской монархіей. Послѣдняя вѣрна себѣ и неумолимо логична: она хочетъ сдѣлать изъ Дуная австрійско- мадьярскую, а не международную рѣ ку, выбить изъ памяти народовъ по становленія о свободѣ судоходства по международнымъ рѣкамъ, подаренныя Европѣ еще конгрессомъ въ Вѣнѣ, за тѣмъ трактатами 1856 и 1878 годовъ. Слѣдовательно, жизненные интересы Ру мыніи,—-которая, понявъ свою задачу и свое будущее, не захотѣла подарить Австріи Дунай,— солидарны съ интере сами Сербіи и Черногоріи, которымъ угрожаетъ Австрія. Соединившись вре менно союзомъ противъ общаго супо стата, эти три державы могутъ, при помощи босняковъ и герцеговинцевъ, удержать лютаго врага. Въ „Елисаветград. Вѣстн. “ напе чатана слѣдующая замѣтка чрезвычай но важнаго значенія. Намъ передавали, что при пріемѣ новобран цевъ отъ города Елнсаветграда въ семъ году болѣе 20-ти молодыхъ людей были временно забракованы, какъ страдающіе сифилисомъ. Этотъ фактъ весьма поучительный и напоми наетъ намъ о неотложной необходимости при нятія мѣръ къ уменьшенію среди населенія этой болѣзни. Съ этой цѣлью необходимо усилить штатъ городской больницы для сифилитиковъ, но было бы еще практичнѣе и справедливѣе, чтобы земство осуществило давно уже предла гаемый земскими врачами проектъ устройства въ Павловскѣ центральной земской больницы спеціально для однихъ только сифилитиковъ. Такая больница могла бы быть устроенной для двухъ уѣздовъ: елпсаветградскаго и алексан дрійскаго на средства обоихъ земствъ и при пособіи изъ губернскаго земскаго сбора. Въ виду важности зла, о которомъ идетъ рѣчь, необходимо было бы по заботиться также и о томъ, чтобы въ университетѣ нашемъ была устроена спеціальная клиника для преподаванія сифилидологіи. Впрочемъ, нашимъ су ществующимъ уже клиникамъ нечѣмъ безбѣдно существовать, и онѣ преж девременно закрыты. Печально ма теріальное положеніе нашихъ клиникъ, и если министерство народнаго про свѣщенія не окажетъ, наконецъ, со дѣйствія дѣлу, то клиническое препо даваніе у насъ будетъ ежегодно стра дать отъ матеріальныхъ нуждъ. Нель зя же, въ самомъ дѣлѣ, учебновспомот гательнымъ учрежденіямъ университе та обращаться къ частнымъ пожер твованіямъ! ЛИТЕРАТУРНЫЯ ЗАМѢТКИ. Г. Успенскій, „Деревенская1 неурядица”, Спб. 1882 г. Когда людямъ приходится браться за совершенно новое дѣло, то лишь по слѣ цѣлаго ряда ошибокъ и заблужде ній, часто гибельныхъ, и всегда болѣз ненныхъ, только послѣ цѣлаго ряда изнурительныхъ блужданій, сопровож даемыхъ безвременной гибелью силъ, энергіи и самыхъ прекрасныхъ намѣ реній— только послѣ всего этого люди выходятъ на настоящую дорогу. Давно уже, Богъ знаетъ какъ давно, русская жизнь выдвинула вопросъ о „народѣ”, который и до сего дня все еще не по ставленъ на надлежащую почву, отно сительно котораго и сейчасъ все еще мы находимся въ періодѣ „блужданій”. Но отъ двадцатыхъ до шестидесятыхъ годовъ, вопросъ о „народѣ”, никогда не замиравшій, разрабатывался лишь въ небольшихъ кружкахъ, забитый, при томъ, всѣмъ складомъ тогдашней жиз ни въ очень тѣсныя рамки. Почва крѣ постного права, конечно, не давала воз можности „заглянуть чорту въ глаза”, и люди, пытавшіеся это сдѣлать, вѣчно оставались лишь при попыткахъ, да „при печальномъ интересѣ”. Могла быть затронута только одна сторона дѣла, да и та лишь „въ предѣлахъ”, и порою, въ очень комичныхъ „предѣ лахъ”:—историческое изученіе бытовой стороны исторіи русскаго народа,—и въ этомъ направленіи было сдѣлано все, что возможно было сдѣлать, „сообра зуясь съ обстоятельствами”. Незачѣыъ, конечно, перечислять цѣлый рядъ именъ, извѣстныхъ и уважаемыхъ всею гра мотною Россіей—именъ людей, рабо тавшихъ именно въ этомъ направленіи. Съ паденіемъ крѣпостного права, во просъ о „народѣ”, на ряду съ други ми „вопросами”, былъ „выброшенъ на улицу”, сдѣлался общимъ достояніемъ, тѣсныя рамки сами собой упали и, ка залось, оставалось лишь воспользовать ся просторомъ, открывшимся „въ раз сужденіи” удобства наблюденія кон кретныхъ фактовъ и обсужденія ихъ. Но почти впродолженіи всѣхъ шести десятыхъ годовъ въ той части литера туры, которая пользовалась наиболь шею популярностью и вліяніемъ на об щество, вопросъ о народѣ мало затро- гивался по существу, а больше слу жилъ лишь предлогомъ и поводомъ. И это понятно: съ одной стороны, внима ніе журналистики было поглощено об сужденіемъ какъ принципа, такъ и примѣненія такой выходившей изъ ря ду вонъ законодательной мѣры, какъ крестьянская реформа; съ другой— открывшійся просторъ; обсужденія вы двинулъ такую массу, положимъ, до вольно эфемерныхъ, но за то чрезвы чайно заманчивыхъ и дразнящихъ во просовъ, которая, конечно, отодвинула столь глубокій по существу, но за то столь незаманчивый съ виду вопросъ о народѣ, его стремленіяхъ и идеалахъ. Конечно, повторяемъ, такъ оно и долж но было случиться и врядъ ли возмож но винить эти „шестидесятые годы”. Стоитъ припомнить лишь, что они смѣ нили, стоитъ припомнить только, какъ тогда вдругъ что-то зашумѣло, захле стало, что-то треснуло и пошло, какъ разбитый ледъ; какъ настало время, когда даже Хлестаковъ рвался къ под вигамъ и показывалъ опыты граждан скаго мужества и добродѣтелей; когда даже Маниловъ, оставивши мечты объ необыкновенныхъ мостахъ съ камен ными лавками по сторонамъ, принялся фантазировать на болѣе современныя темы; когда всѣмъ намозолившая гла за декорація, какъ въ театрѣ, но свистку машиниста, вдругъ была разобрана и стащена за кулисы, открывши за со бою доселѣ невиданную, казалось, без донную даль. Нечего и говорить, что „дѣти темнаго времени” сразу пере стали „смѣяться надъ своимъ безси ліемъ”, сразу разцвѣли, сразу поддались на удочку дразнящихъ надеждъ и маня щихъ ожиданій. Но годы шли. Представ леніе кончилось. Обломки старыхъ де корацій вновь выдвинулись на мѣсто „ без донной дали”; огни потухли и дневной свѣтъ непріятно рѣзалъ глаза. Оказа лось, наконецъ, что многое лишь ка залось… Актеры смыли гримировку— и давно знакомыя черты Собакевичей, Ноздревыхъ, Хлестаковыхъ выступили вновь ясно и отчотливо. На поверх ность всплыли люди съ душою столь свободною отъ всякихъ „заблужденій” и столь чистою, какъ чиста „только что выгребенная помойная яма”, выра жаясь словами Щедрина. Жизнь снова наложила свою тяжолую руку и предъ явила свои суровыя требованія. Чѣмъ же мы, люди семидесятыхъ годовъ, мог ли отвѣтить на этотъ суровый запросъ? Развѣ мы знали, что дѣлалось и дѣ лается въ самой глубочайшей глуби жизни, что руководитъ этой жизнью, что дѣлается и дѣлалось, наконецъ, въ средѣ той сермяжной массы, куда не хотѣли или, вѣрнѣе, не умѣли загля нуть наши предшественники. Но намъ надо было отвѣтить на суровый запросъ жизни — и мы заглянули туда. Но за глянули, такъ или иначе, съ тѣмъ или другимъ подходцемъ, но всегда съ точ ки зрѣнія и съ пріемами какихъ-то „заѣзаіихъ иностранцевъ”. Всѣмъ еще памятно, какъ „народъ”, будто какой- то идолъ и фетишъ былъ поставленъ въ божницу, какъ мы молились на этотъ нашими же руками сотворенный идолъ, какъ, наконецъ, потомъ, сами же опле вали его… Что дѣлать? Кто не заблуж дался, тотъ никогда не узнаетъ исти ны, да и кто рѣшится поставить въ ви ну „заблужденіе” людямъ, заплатив шимъ за него дорогою цѣною. И вотъ только теперь, послѣ тяжолыхъ и скорб ныхъ испытаній, кажется, дѣло начи наетъ выясняться, намѣчается настоя щая дорога, раздаются голоса (напри мѣръ, Пыпинъ въ своихъ статьяхъ объ „Изученіи народности”), старающіеся подвести итогъ ошибкамъ и увлечені ямъ, и, такимъ образомъ, поставить дѣ ло на болѣе твердую почву. Только те перь начинаются первыя слабыя попыт ки связать историческія изученія на родности съ наблюденіями фактовъ со временной дѣйствительности, внести, та кимъ образомъ, свѣтъ строгаго и по ложительнаго научнаго изслѣдованія въ области субъективныхъ впечатлѣній, лич ныхъ мнѣній, туманныхъ догадокъ. Не чего и говорить о плодовитости тако го пріема, потому что именно главная ошибка нашихъ изслѣдователей совре менной деревни— и беллетристовъ и не беллетристовъ—и состояла въ томъ, что они подходили къ этой „деревнѣ”, опу скались въ глубь народной жизни; не имѣя руководящей нити, безъ метода и пріема, замѣнявшихся либо субъек тивнымъ воззрѣніемъ личнаго впечатлѣ нія, либо навѣянной доктриной; что они подходили къ этой „деревнѣ” безъ сло жившагося цѣльнаго и стройнаго міро созерцанія, которое является только какъ результатъ тщательныхъ истори ческихъ изученій, и безъ котораго труд но и невозможно разобраться въ мас сѣ противорѣчивыхъ фактовъ, являю щихся результатомъ вѣковыхъ истори ческихъ процессовъ и наслоеній. Мы здѣсь, конечно, говоримъ объ обыкно венныхъ гг. сочинителяхъ, а не объ геніальныхъ писателямъ, которые од ною силою генія прозрѣваютъ и въ глубь прошедшаго и въ туманъ будущаго, ге ніальной отгадкой опережая далеко-да леко всю „мудрость вѣка”. Такіе пи сатели что-то у насъ перевелись и, вѣ роятно, на долго, и такимъ образомъ, единственное наше спасеніе въ томъ, чтобы „народникъ” учоный и „народ никъ” писатель, „народникъ” беллет ристъ шли рука объ руку, дополняя другъ друга, поправляя другъ друга. Да и вообще пора, давно пора покон чить съ той рознью между наукой и литературой,. которая установилась по какому-то странному недоразупѣнію еканіями и въ настоящее время рѣше ніе вопроса объ этой дорогѣ снова отложено до будущаго года по не- оконченности новыхъ изысканій, про изводимыхъ г. Лепешкинымъ. Но куда бы эта дорога изъ Харькова не была направлена, —на Воронежъ, Борисо- глѣбскъ, Пензу или другое какое мѣ сто,—въ предѣлахъ харьковской губер ніи она мало измѣнитъ свое направ леніе, при которомъ неизбѣжно прой детъ чрезъ гор. Волчанскъ или вблизи его, а далѣе пойдетъ по правой или лѣвой сторонѣ рѣчки Волчьей, и та кимъ образомъ перерѣжетъ волчанскій уѣздъ по его серединѣ, по самой насе ленной и производительной мѣст ности. ; ,/ , ,, . ■ ;; Три года тому наздъ кунянское уѣзд ное и харьковское губернское земство возбудили ходатайство о постройкѣ давно проектированной харьково-лиси- чанской желѣзной дороги. Эта дорога, проходя вдоль восточной части губер ніи по мѣстности, лежащей на сѣверъ отъ р. Донца и отрѣзанной болотами, горами и песками рѣки Донца отъ всѣхъ желѣзныхъ дорогъ, — проходитъ по зміевскому уѣзду чрезъ гор. Чугу- евъ, захватываетъ части изюмскаго и волчанскаго уѣздовъ, перерѣзываетъ купянскій уѣздъ и въ предѣлахъ старо- бѣльскаго уѣзда соединяется съ лиси чанской вѣтвыо донецкой каменно угольной дороги. Эта харьково-лисичан- ская дорога,— кромѣ общей пользы удешевленія минеральнаго топлива, иду щаго въ Харьковъ н за Харьковъ,— собственно для харьковской губерніи удовлетворяетъ слѣдующимъ насущ нымъ потребностямъ: 1) соединяетъ съ Харьковомъ, куда идутъ многіе сель ско-хозяйственные продукты (шерсть, овчины, кожи, сало, крупичатая мука и т. и.); 2) представляетъ кратчай шій, а слѣдовательно самый дешовый путь чрезъ ст. Попасную и Дебаль- цево для транспортированія хлѣба въ порты Азовскаго моря —Ростовъ, Та ганрогъ и Маріуполь и 3) даетъ са мое дешовое—особенно по близости разстоянія—минеральное топливо, ко торое несомнѣнно не только воскре ситъ закрывшіеся по недостатку то плива винокуренные заводы, но ра зовьетъ въ купянскомъ и старобѣль- скомъ уѣздахъ новыя заводскую и фабричную промышленности, особен но сахарные заводы, для которыхъ имѣются всѣ данныя, кромѣ топлива. Но какъ главными грузами этой доро ги будутъ на югъ хлѣбъ, а на сѣверъ минеральное топливо, — которые требу ютъ самаго низкаго тарифа,—то эта дорога можетъ быть сооружена или и уже успѣла принести много: зла, какъ въ той, такъ и въ другой обла сти. Однако, пора кончить это ма ленькое предисловіе, которое необхо димо было сдѣлать прежде чѣмъ гово рить о книжкѣ г. Успенскаго, загла віе которой выписано въ началѣ этихъ замѣтокъ. Г. Успенскій беллетристъ старинный, пишетъ онъ съ самаго начала шестидесятыхъ годовъ, пишетъ преимущественно касаясь народнаго быта, а „интеллигенціи” лишь по стольку, поскольку либо: ея вліяніе, либо ея стремленія соприкасаются все съ тѣмъ же народомъ. При томъ же г. Успенскій почти единственный истинно-талантливый беллетристъ фор маціи по-реформенной, такъ что на его произведеніяхъ всего удобнѣе про слѣдить развитіе и перепетіи того „дѣ ла объ народѣ”, котораго мы косну лись въ началѣ этихъ замѣтокъ. Мы, конечно, не ставимъ себѣ такой ши рокой цѣли, совершенно невыполни мой въ коротенькомъ газетномъ фель етонѣ; все что мы хотимъ сдѣлать — это бѣгло намѣтить нѣкоторые,, -такъ сказать, исходные иунты. Въ первыхъ своихъ произведеніяхъ („Нравы Расте ряевой улицы” и рядъ мелкихъ разска зовъ) г. Успенскій просто очень та лантливо развивалъ нѣкоторыя черты, намѣченныя Гоголемъ, окрасивши, впро чемъ, гоголевскій пріемъ тѣмъ коло ритомъ сентиментальнаго натурализма первыхъ послѣдователей Гоголя, од нимъ изъ послѣднихъ представителей котораго, въ разбираемомъ періодѣ своей дѣятельности, и ,явился нашъ ав- ЮЖНЫЙ КРАЙ 30-ГО ноября в ы ш е л подписчикам МИРЪ” книжка. О новыхъ желѣзныхъ дорогахъ въ предѣлахъ харьковской губерніи. Лѣтъ пять или шесть тому назадъ возбужденъ былъ вопросъ о харьково- воронежской желѣзной дорогѣ. Объ этой дорогѣ прежде всего ходатай ствовали земства воронежской губер ніи, къ которымь впослѣдствіи при соединились земства харьковской и курской губерній, а концессіонеромъ этой дороги безъ правительственной гарантіи являлся князь Голицынъ. Но въ средѣ воронежскихъ земствъ явил ся расколъ: одни требовали вести до рогу на Воронежъ, другія на Борисо- глѣбскъ, изысканія слѣдовали за изы-

ю ж н ы й к р а й 1-го д екаб р я 1881 г. No 3 2 1 – й 2 самимъ правительствомъ, или съ пра вительственной гарантіей. Хотя прави тельство и отклоняетъ ходатайство земствъ объ этой дорогѣ, —но эта дорога представляетъ такую насущную потребность для края, что харьковскія земства, не взирая на эти отклоненія, продолжаютъ и будутъ настойчиво продолжать свое ходатайство, такъ какъ въ этой харьково-лисичанской дорогѣ заключается вопросъ жизни и смерти для мѣстности, лежащей на сѣверъ отъ р. Донца. Въ настоящее время составилось товарищество И. П. Илимова и К° для постройки пензо-лозовской желѣзной дороги съ вѣтвью чрезъ Чугуевъ до Харькова,— и представитель этого то варищества, г. Мусницкій, недавно былъ въ Харьковѣ, гдѣ обсуждалъ этотъ вопросъ съ харьковской губернской земской управой. Изъ письменнаго заявленія г. Мусницкаго, поданнаго имъ 11-го ноября предсѣдателю харь ковской губернской управы 3. И. Бе- карюковѵ видно, что дорога эта, на чинаясь у города Пензы, идетъ чрезъ города Сердобскъ, Балашевъ, Новохо- перскъ, Бобровъ, Коротояки, Остро гожскъ, Бирючъ, Валуйки, и входитъ въ харьковскую губернію въ предѣлахъ купянскаго уѣзда у слоб. Тополей на р. Осколѣ, откуда идетъ далѣе вдоль р. Оскола чрезъ Купянекъ, слоб. Сень- ковъ и Гороховатку, на г. Изюмъ и далѣе до севастопольской Лозовой, причемъ въ пространствѣ между Ва- луйкомъ и Купянскомъ (по соглаше нію съ г. Мусницкимъ изъ сл. Топо лей) отдѣляетъ особую вѣтвь чрезъ Чугуевъ до Харькова. Не отвергая важнаго и большого зна ченія этой дороги, перерѣзывающей громадную мѣстность, лежащую между курево – харьковской и воронежско ростовской желѣзными дорогами и ли- шонную всякихъ путей,— соединяющую востокъ прямѣйшимъ и кратчайшимъ путемъ съ Чорнымъ моремъ (Севасто полемъ) и захватывающей столько на селенныхъ мѣстностей и городовъ, на чиная съ Сердобска и кончая Изю момъ,— намъ все же кажется, даже при простомъ взглядѣ на карту, что это дорога уступаетъ дорогамъ, напра вляемымъ прямо на Харьковъ. Пензо- лозовская дорога соединяетъ востокъ кратчайшимъ путемъ только съ Кры момъ и Севастополемъ, тогда какъ на правленная прямо на Харьковъ она также соединяетъ востокъ съ Крымомъ и Севастополемъ чрезъ Харьковъ и Ло зовую при весьма незначительномъ уд линеніи пути до Лозовой; но за то въ то же время дѣлаясь какъ бы про долженіемъ харьково-николаевской до роги, соединяетъ востокъ прямымъ пу темъ съ Николаевомъ, Одессой и Бен дерами. Положимъ, что особой вѣтвью на Харьковъ восполняется это, но чрезъ это удлиняется, какъ намъ ка жется, именно главный путь на Харь ковъ, а чрезъ него въ Николаевъ, Одессу и Бендеры. Разсматривая пензо-лозовскуго до рогу въ интересахъ харьковской гу берніи, мы находимъ слѣдующее. Глав ная линія этой дороги, перерѣзывая харьковскую губернію ноперегъ, т. е. въ совершенно противуположномъ нуж дамъ края направленію, захватываетъ только купянскій и изюмскій уѣзды, давая изъ нихъ выходы не къ Харь кову и Ростову, а къ Пензѣ и Крыму. Положимъ, попавъ по этой дорогѣ въ Лозовую, можно попасть и въ Ростовъ, и въ Маріуполь; — но тамъ, гдѣ пере- торъ. Затѣмъ, въ началѣ семидесятыхъ годовъ г. Успенскій выступаетъ съ нѣсколько измѣнившимся направле ніемъ, а самая симпатичная сторона его таланта—мягкій и добродушно-пе чальный юморъ— здѣсь достигаетъ пол наго своего развитія. Въ двухъ боль шихъ вещахъ, появившихся слѣдомъ одна за другой—въ „Разореніи” и „Тише воды—ниже травы”, касаясь отношеній разоренной и сбитой съ тол- ку „реформами” помѣщичьей среды къ народу, онъ рисуетъ этотъ послѣд ній въ очень привлекательномъ свѣтѣ, мягкой и задушевной идеализаціи (Ми хаилъ Ивановичъ въ „Разореніи”), совершенно соотвѣтствовавшей и пря мо вытекавшей изъ тогдашняго покло ненія тогіу туманному „нѣчто”, подъ которое подгонялось представленіе о народѣ. Но года три—четыре назадъ дѣятельность г. Успенскаго приняла совершенно особый характеръ. Оста вивши художественную форму онъ про сто началъ давать нѣкоторыя „шту діи” объ народѣ, перемѣшивая сцены беллетристическаго характера чуть не съ статистическими, экономическими и уголовными данными. Не говоря объ томъ, что это пріемъ совершенно анти художественный, мы скажемъ, что это и вообще плохой пріемъ, не могущій ничего произвести, кромѣ нѣкоторой пу таницы, среди которой трудно разо браться. Но это, впрочемъ, мимохо домъ. Книжка, лежащая передъ нами, содержитъ въ себѣ рядъ разсказовъ указаннаго характера и любопытна именно тѣмъ, что по ней всего удоб нѣе прослѣдить какъ сбивчивость со возятся сельскія произведенія и мине ральное топливо,— тамъ большіе зиг заги и удлиненія пути могутъ сдѣлать желѣзную дорогу мало полезной для края. Относительно Харькова этотъ недостатокъ частью восполняется осо бой вѣтвью; но эта вѣтвь, даже начи наясь отъ сл. Тополей, а не съ Дву рѣчной, какъ предполагало товарище ство,—все же пройдетъ по границѣ между купянскимъ и волчанскимъ уѣздами, причомъ г. Волчанскъ и весь волчанскій уѣздъ останутся въ сторо нѣ, а начинаясь съ самаго дальняго сѣвернаго пункта купянскаго уѣзда, эта харьковская вѣтвь будетъ мало по лезной для южной части купянскаго уѣзда и совершенно безполезной для старобѣльскаго уѣзда. Такимъ обра зомъ, вновь проектируемая товарище ствомъ дорога, оставляя въ сторонѣ старобѣльскій уѣздъ, обходя волчанскій уѣздъ и принося мало пользы купян- скому уѣзду, не удовлетворяетъ двумъ главнѣйшимъ потребностямъ Задонец- каго края: наиболѣе удобной и деше вой транспортировкѣ хлѣба въ Рос товъ, Таганрогъ и Маріуполь и достав кѣ наиболѣе дешоваго минеральнаго топлива. Въ виду этого, товариществу необходимо провести вторую вѣтвь отъ Купянска или Сенькова до Лисичанска. Польза и необходимость этой вѣтви доказывается простыми цыфрами. Не сомнѣнно по пензо-лозовской дорогѣ пойдетъ хлѣбъ въ порты Азовскаго моря —Ростовъ,Таганрогъ и Маріуполь, а обратный грузъ составитъ минераль ное топливо донецкаго бассейна, бах- мутская соль и проч. Все это будетъ проходить чрезъ Купянекъ, откуда не обходимо провести вѣтвь до Лисичан ска. Возьмемъ относительно хлѣба. Отъ Купянска до Лисичанска прибли зительно 110 верстъ и отъ Лисичан ска чрезъ Попасную и Дебальцево до Никитовки 132 версты,— всего 242 версты. Отъ Купянска до Лозовой приблизительно 170 верстъ и отъ Ло зовой до Никитовки 167 верстъ, все го 337! верстъ. Разницы 95 верстъ, что при тарифѣ % 4 составитъ на чет верть пшеницы до 40 копеекъ. Если взять умѣренную цыфру транспорти руемой пшеницы одинъ милліонъ чет вертей,то и тутъ сохранится для земле дѣлія 400 тысячъ рублей. Для минераль наго топлива по пензо-лозовской дорогѣ передовыми станціями отправленія угля будутъ Шербииовка| и Петровская, от стоящія отъ Купянска на 330 верстъ, а при лисичанской вѣтвѣ—Лисичанскъ въ 110 верстахъ отъ Купянска. Раз ницы 220 верстъ, что при тарифѣ V65 составитъ разницу въ стоимости до ставки почти 3 V2 копейки на пудѣ. Если считать отъ станціи Попасной, чрезъ которую проходятъ угли сѣвер ной части донецкаго бассейна, кото рые всѣ, при существованіи лисичан ской вѣтви пойдутъ по пензо-лозовской дорогѣ, то и здѣсь будетъ отъ Попас ной чрезъ Лисичанскъ до Купянска около 150 верстъ и отъ Попасной чрезъ Краматоровку и Лозовую до Купянска около 360 верстъ.Разница до 210 верстъ, что при тарифѣ въ Уб5 составитъ раз ницы въ стоимости доставки болѣе 3-хъ коп. Также относительно соли, до бываемой въ бахмутскомъ уѣздѣ, ка менныхъ строительныхъ матеріаловъ и проч. Такимъ образомъ, лисичанская вѣтвь будетъ полезна и для пензо-ло зовской дороги, и для всей мѣстности, по которой пензо-лозовская дорога бу детъ проходить. Въ виду излояіеннаго, земства харь- временныхъ представленій о деревнѣ, такъ и еще большую сбивчивость и путаницу пріемовъ, прилагаемыхъ къ ея изученію, а равно и комичность положенія той изломанной интилле- генціи, которая стремится въ „де ревню” или съ цѣлью получить тамъ „просіяніе” собственнаго ума и чув ства, или, наоборотъ преподать де ревнѣ отъ себя таковое же „просія ніе”. Мы не будемъ касаться всѣхъ разсказовъ, помѣщонныхъ въ „Дере венской неурядицы”— всѣ они болѣе или менѣе однородны—а остановимся лишь на болѣе характерныхъ. Вотъ вамъ, напримѣръ, почтенный отецъ се мейства Иванъ Ивановичъ Полумра ковъ („Малые ребята”, т. 1-й) отправ ляется въ „деревню” „со чады и домочадцы”, съ цѣлью просвѣтить какъ себя, такъ и своихъ чадъ той „народной правдой”, о которой онъ столь много наслышался и начи тался въ столичномъ городѣ С.-Петер бургѣ. Но ни „просвѣщенія”, ни „на родной правды”, ни простоты и пат ріархальности отношеній Иванъ Ивано вичъ и его „чада” въ „деревнѣ” не находятъ, а потому возвращаются во свояси озлобленные и съ разбитыми нервами, кляня всѣхъ „газетчиковъ и зубоскаловъ” города С.-Петербурга. Положимъ, Иванъ’ Ивановичъ ничего не понялъ, и вотъ— злится. Не понялъ, что на двугривенные и рублевки, щед ро разсыпаемые имъ, „пришлымъ чело- вѣкомъ“, накинулись именно всѣ тѣ подонки деревни—подонки существую щіе во всякомъ обществѣ—которымъ и надлежало на нихъ накинуться; не по повской губерніи обязаны прежде все го ходатайствовать о направленіи до роги съ востока на Харьковъ и соеди неніи Харькова съ Лисичанскомъ, то есть остаться при прежнемъ своемъ ходатайствѣ. Но если бы, въ виду ка кихъ-нибудь государственныхъ сообра^ женій, правительство рѣшило дать пре имущество дорогѣ не на Харьковъ, а на Лозовую, — то земство харьковской губерніи должно ходатайствовать, чтобы отъ этой лозовской дороги обязательно проведены были двѣ вѣтви: одна чрезъ Чугуевъ на Харьковъ, которая должна начинаться выше сл. Тополей и не ниже г. Валуекъ, дабы вѣтвь эта могла бо лѣе захватить волчанскаго уѣзда, бо лѣе приблизиться къ Волчанску, — а другая вѣтвь отъ Купянска или Сень кова на Лисичанскъ, но такъ, чтобы возможно болѣе захватить старобѣль скій уѣздъ. Хотя при этомъ удлинится путь отъ Лисичанска до Харькова и не достигнется удешевленіе минераль наго топлива, идущаго въ Харьковъ и за Харьковъ, но сохранится глав ное для края: полезность дороги для всѣхъ восточныхъ уѣздовъ губерніи— де- шовая и удобная транспортировка хлѣ ба въ порты Азовскаго моря и полу ченіе дешоваго минеральнаго топлива. А. Телятнико ъ, депутатъ н уполномоченный купянскаго уѣзда. м ест н ая хроника . Городскія дѣла. Въ засѣданіи думы, 25-го ноября, гл. Поморцевъ сдѣлалъ оригинальное пре дложеніе: напечатать составленный про ектъ контракта конно-желѣзной дороги, дабы дать жителямъ возможность съ нимъ ознакомиться и сдѣлать свои за мѣчанія. Пользуясь такимъ любезнымъ предложеніемъ, мы выскажемъ откро венно наши мнѣнія по поводу засѣда нія 25-го ноября. Сознаемся, что это засѣданіе произвело на насъ впечатлѣніе какого-то колоссальнаго недоразумѣнія. Обсуждался § 22-й контракта, по смы слу котораго, предприниматель выго вариваетъ себѣ монополію на устрой ство конно-желѣзной дороги въ Харь ковѣ, т. е. городское управленіе не вйравѣ въ теченіи всего концессіонна го срока (40 лѣтъ) разрѣшать дру гимъ компаніямъ или лицамъ устройствъ конно-желѣзныхъ дорогъ въ городѣ. Дума согласилась на такую редакцію, но при этомъ ввела поправку, по смыслу которой, предприниматель обязанъ уве личить сѣть на нѣсколько процентовъ, если доходность съ версты достигаетъ извѣстной нормы. Соглашаясь на эту поправку, по вѣренный Бонне предложилъ двѣ цыф- ры: при валовомъ сборѣ по 22,000 съ версты,существующая сѣть расширяет ся на 10% , при сборѣ въ 32,000—-въ 3.0%. Опредѣленіе стоимости дороги и валового дохода съ версты, при кото ромъ дума получаетъ право требовать расширенія сѣти—вызвали весьма слож ный арифмегическій разсчотъ и горя чія пренія. Параграфъ этотъ, но мнѣ нію нашему, не принадлежитъ къ чи слу особенно существенныхъ и произ веденъ въ чинъ подводныхъ камней и мелей, о которые можетъ разбиться весь контрактъ, искуственно, путемъ гром кихъ криковъ „о кабалѣ для города, священныхъ правахъ, тяжкихъ усло віяхъ,злыхъ умыслахъ”, и проч. и проч. Недоразумѣніе мы видимъ въ томъ, что, хотя параграфъ этотъ не особенно ва женъ, какъ для города, такъ и для нялъ, что, такимъ образомъ, все дѣй ствительное хорошее, простое и патрі архальное осталось совершенно въ тѣ ни, такъ какъ оно никогда не суется на аванъ-сцену, гдѣ „пришлый чело вѣкъ” раздаетъ подачки. Что чинов никъ Полумраковъ этого не понялъ — не удивительно; но вотъ что не понялъ этого авторъ—это уже довольно и уди вительно и прискорбно. А что онъ не понялъ, ясно изъ того печальнаго вопро сительнаго знака, которымъ проникнутъ общій тонъ разсказа. Точно такъ же въ другомъ разска зѣ „Не въ привычку дѣло” молодой чело вѣкъ самыхъ благородныхъ стремленій, но несомнѣнно скуднаго ума, отправ ляется въ собственную деревню, чтобы „всего себя” отдать мужику. Какъ ви дите, тутъ дѣло поставлено уже болѣе рѣзко. Но „молодому человѣку” Ми- халъ Михалычу отдавать мужику, кро мѣ опять-таки двугривенныхъ и руб левокъ, нечего, а на двугривенные и рублевки снова и снова накидываются подонки деревни и конецъ все тотъ же: Михалъ Михалычъ, „разочарован ный въ своихъ чувствахъ”, отряхаетъ прахъ ногъ… Почему? Очень просто: вопервыхъ, Михалъ Михалычъ доволь но таки скорбенъ главой— что сразу сообразилъ шельмоватый мужиченка изъ „подонковъ”— а при скорбности главы съ одними благородными чувст вами далеко не уѣдешь; вовторыхъ, опять-таки Михалъ Михалычъ не бо лѣе какъ „пришлый человѣкъ1^ у ко тораго въ деревнѣ своего дѣла ника кого нѣтъ, а есть одна „фантазія”, выражаясь языкомъ героевъ Островска- предпринимателя, между тѣмъ обѣ сто роны стойко за него держатся. Для города возможно согласиться на моно полію безъ всякихъ оговорокъ и по правокъ, вопервыхъ, потому, что всѣ подобныя общества имѣютъ эту при вилегію—наше газовое общество имѣ етъ монополію, а водопроводное кромѣ монополіи еще и гарантіи въ 100,000 р. ежегодно; вовторыхъ, предприниматели предлагаютъ горо ду предметы реальные и цѣнные: 17% верстъ желѣзнаго пути, мостъ черезъ Лопавь, содержаніе отъ 16 до 20 т. квадр. сажень мостовой; дума желаетъ сверхъ того имѣть весь ма гадательное право на прибавку къ 17 V2 вер. еще 2-хъ верстъ, обуслов ленное разными „если11 , право, которое, быть можетъ, никогда осуществлять не придется. Намъ кажется, что это зна читъ ловить журавля въ небѣ. Въ третьихъ, при разбросанности города и рѣдкомъ населеніи два общества к.-ж. д. въ Харьковѣ существовать не мо гутъ. Въ Петербургѣ, при населеніи въ милліонъ, существуютъ два обще ства; изъ нихъ дѣла 2-го общества весьма плохи и оно принуждено то повышать, то понижать тарифъ. По этой послѣдней причинѣ и предприни матель могъ бы удовольствоваться не монополіей, а преимущественнымъ пра вомъ, такъ какъ конкурренція двухъ обществъ въ Харьковѣ невозможна. Возможны спекулятивныя попытки, ко торыхъ, быть можетъ, опасается предста витель Бонне, и не имѣя никакихъ дру гихъ гарантій, особенно дорожитъ моно польнымъ правомъ. Предложенные повѣ реннымъ Бонне цыфры въ 22 и 32 тыс. валового сбора на версту, при кото рыхъ онъ соглашался на увеличеніе сѣ ти, показались нѣкоторымъ гласнымъ чрезмѣрными и въ слѣдующемъ засѣ даніи будетъ предложено, вѣроятно, ихъ сокращеніе. Но чего собственно домо гается дума? Она требуетъ, чтобы об щество, затратившее на свой страхъ и рискъ капиталъ въ полмилліона руб лей на постройку дороги, сверхъ этой затраты обязалось бы еще на разныя для себя стѣснительныя и, быть мо жетъ, убыточныя условія. Если дума желаетъ привлечь для города капиталъ въ 800 тыс. р, (въ этомъ числѣ мы считаемъ содержаніе мостовой въ те ченіи 42-хъ лѣтъ), то она должна об легчать предпринимателю возможность этой затраты, а не ставить ему на каж домъ шагу мелочныя препятствія въ видѣ всякихъ поправокъ, оговорокъ и дополнительныхъ условій. Намъ кажется, что дума, вслѣдствіи громкихъ, но пу стыхъ фразъ о городскихъ интересахъ, находится на ложномъ пути и, пови- димому, не дѣлаетъ различія между концессіонеромъ, который приноситъ городу деньги, и подрядчикомъ, испол няющимъ извѣстный заказъ, за кото рый получаетъ вознагражденіе. Дума при этомъ слишкомъ заботится о да лекомъ будущемъ, упуская изъ виду настоящее, между тѣмъ какъ это на стоящее опредѣляется весьма почтенной суммой, 800 тыс., и многими удобства ми для жителей, а потому эти жите ли, слѣдуя приглашенію гласнаго По- морцева, могутъ спросить думу: какія же причины іо поводы тому, что ду ма выпускаетъ изъ рукъ столъ выгод ное для города дѣло? Мы юаасаемся, что у думы не найдется болѣе поло жительнаго отвѣта, какъ указаніе на безконечное число засѣданій и толстые журналы со всѣми заключающимися въ нихъ пререканіями, особыми мнѣніями, протестами и проч. го. А являясь въ „деревню”, да и ку да бы то ни было „налетомъ”, да еще и безъ руководящей нити серіознаго міросозерцанія, конечно, ничего узнать нельзя. Дѣло, казалось бы, ясное, но авторъ вновь ставитъ „прискорбный” вопросительный знакъ. Та же горькая участь постигаетъ и „разночинца” Лис сабонскаго, человѣка „безъ опредѣлен ныхъ занятій” (изъ записокъ „Человѣ ка безъ опредѣленныхъ занятій”, т. 2-й) и именно потому, что онъ, „чело вѣкъ безъ опредѣленныхъ занятій”, со вершенно ненужный деревнѣ. А такъ какъ у Лиссабонскаго не было ни дву гривенныхъ, не рублевокъ, то даже и подонки отнеслись къ нему скептиче ски и просто сказали: „не суйся”. Все это, конечно, горько и обидно, но ужъ никакъ не для народа, а лишь для насъ, „имѣющихъ очи и невидя щихъ, имѣющихъ уши и неслыша щихъ”. Нѣтъ, не въ томъ горькое и трагичное въ быту деревни, что гонитъ оттуда насъ, „людей безъ опредѣлен ныхъ занятій”, что есть тамъ подон ки, падкіе на „господскіе” двугривен ные, что есть тамъ, какъ и вездѣ, своя погань и мерзость. Горькое и тра- гичное* въ томъ, что по убѣжденію де ревни „царь Фараонъ—онъ изъ моря выходитъ”, и что „Литва— она къ намъ съ неба упала”; въ томъ, что ученіе и грамота сливаются въ пред ставленіи деревни съ тѣмъ, что „от дали мальчика въ ученіе, а ему тамъ глазъ и выкололи”; въ томъ, что де ревня, въ лицѣ какого-нибудь глупаго мужика предполагаетъ, что можно „на писать такое прошеніе, по которому „си- Засѣданіе харьковскаго общества сель скаго хозяйства, 29 го ноября. По утвер жденіи журнала послѣдняго засѣданія общества, бывшаго въ іюнѣ настояща го года, было приступлено къ обсуж денію, когда назначить предположен ную выставку сѣмянъ. Въ виду корот каго срока, остающагося до декабря мѣсяца, когда была предположена вы ставка, рѣшено отлояѵить ее до декаб ря будущаго 1882 года, причомъ про сить минист. госуд. имуіц. оставить за обществомъ ассигнованные для этой цѣ ли 300 руб., а также медали и почот- ные отзывы. Затѣмъ, проф. Зайкевичъ сообщилъ о результатахъ своихъ изслѣдованій на опытномъ полѣ въ Тростянецкой эко номіи. Изслѣдованіе производилось надъ качествомъ (содержаніе сахара) и уро жаями свекловицы. Кромѣ того, про изводились и необходимыя метеороло гическія наблюденія. Хотя матеріалъ, полученный при изслѣдованіяхъ, еще не обработанъ, однако, г. Зайкевичъ успѣлъ уже вывести нѣсколько заклю ченій о качествѣ раз яичныхъ сортовъ свекловицы, о пользѣ удобренія сѣмяя- ныхъ свекловичныхъ плантацій супер фосфатомъ и наилучшей культурѣ это го растенія. Изслѣдованія г. Зайкеви* ча о культурѣ свекловицы, которыя онъ намѣренъ продолжать и въ будущемъ году, для чего дѣлаются различныя при способленія въ Тростянецкой экономіи. По поводу вопроса о покровитель ственномъ тарифѣ для русской шерсти, возбужденнаго акціонерною компаніею по торговлѣ шерстью и другими учреж деніями, совѣтомъ общества составлена весьма подробная и обстоятельная за писка, которая и была прочитана пред сѣдателемъ общества, В. А. Кочетовымъ. Записка составлена съ такимъ знаніемъ дѣла, такъ всесторонне и глубоко охва тываетъ предметъ, что молено лишь по желать, чтобы съ такимъ знаніемъ и добросовѣстностью относились у насъ ко всѣмъ вопросамъ государственной и народной экономіи. Докладъ по пунк тамъ разбиваетъ поверхностные взгляды торговцевъ шерстью, которые упадокъ шерстяной промышленности видятъ въ часъ” троихъ человѣкъ въ Сибирь сош лютъ, а въ лицѣ болѣе умнаго „мужика” справедливо—и, о, еще какъ справедли во!—боится всего, что не она,деревня; въ томъ, наконецъ, что она не знаетъ и не моаеетъ знать своихъ правъ и свое го положенія, а потому боится всяка го мимо идущаго прохвоста… Вотъ въ чомъ истинно-горькое и закулисно трагичное этого міра… Цѣлый рядъ фактовъ, мѣткихъ наблюденій, сценъ, разбросанныхъ въ чрезвычайно безпо рядочно, но въ то же время и чрезвы чайно талантливо написанныхъ разска захъ г. Успенскаго именно подтвержда ютъ этотъ нашъ взглядъ. Все дѣйст вительно горькое и трагичное,’чтоуспѣлъ подмѣтить авторъ въ народномъ быту, сводится къ вышеуказаннымъ причи намъ. Къ сожалѣнію, самъ авторъ въ своихъ разслѣдованіяхъ упускаетъ ихъ изъ виду, а потому, оставаясь даже безъ этой слабой руководящей нити, вѣчно путается въ массѣ фактовъ, не будучи въ силахъ ими овладѣть, и оставляя, такимъ образомъ, дѣло въ сы ромъ, необработанномъ видѣ. Есть, на примѣръ, у него одинъ разсказецъ объ деревенскихъ дѣтяхъ. Обработай онъ художественно, такъ какъ обрабаты валъ прежнія- свои произведенія, быв шій у него въ рукахъ матеріалъ и вы шла бы прелестная вещица, а не ха отическое собраніе несвязныхъ фак товъ. Чтобы кончить, приведу здѣсь нѣсколько дѣтскихъ школьцыхъ „со чиненій”, фигурирующихъ въ разсказѣ. Эти „сочиненія” производятъ такое успокаивающее нервы впѣчатлѣніе, какъ чистый воздухъ деревенскихъ полей…. большомъ ввозѣ къ намъ дешовой шерсти и требуютъ введенія покровительственной пошлины въ размѣрѣ 3 руб. на пудъ. Докладъ В. А. Кочетова разбиваетъ въ основаніи всѣ доводы нашихъ протекціо нистовъ и доказываетъ,что цѣна шерсти у насъ не уменьшилась, а напротивъ увеличилась, что, слѣдуя своему есте ственному развитію, промышленность эта обнаруживаетъ только теперь иныя требованія, чѣмъ это было назадъ лѣтъ 20, что она отодвигается все далѣе и далѣе къ степнымъ, нетронутымъ мѣ стамъ, съ которыми не могутъ конку рировать въ овцеводствѣ мѣстности съ болѣе сильною культурою зерновыхъ хлѣбовъ. Далѣе, докладчикъ говоритъ, что эта промышленность должна съ теченіемъ времени становиться въ по ложеніе, все болѣе и болѣе зависимое отъ земледѣлія. Историческій примѣръ государствъ западной Европы доказываетъ, что вы сокія покровительственныя пошлины нигдѣ не могли долго удержаться и скоро замѣнялись невысокими пошли нами чисто фискальнаго характера *). Собраніемъ членовъ, большинствомъ противъ одного голоса, было рѣшено, что для развитія русскаго производ ства шерсти нѣтъ никакого основанія желать наложенія высокой пошлины на привозную шесть и добиваться запрещенія ввоза искуственной шерсти. Потомъ было постановлено на за просъ о пониженіи тарифа на провозъ мясныхъ овецъ, что общество при знаетъ мѣру эту полезною: Затѣмъ, обсуждался запросъ депар тамента земледѣльческой и сельской промышенности о составленіи маршру та и указанія болѣе извѣстныхъ овча ренъ для будущей (весною 1882 года) поѣздки особой, составленной депар таментомъ, комиссіи съ цѣлью изслѣдо ванія овцеводства на югѣ Россіи. Всѣхъ окончившихъ въ настоящемъ году харьковскій университетъ, кромѣ медицинскаго факультета, 53 человѣ ка, которые по факультетамъ распре дѣляются такимъ образомъ: на фило логическомъ факультетѣ: по историче скому отдѣленію окончило 12 чело вѣкъ— 11 съ степенью кандидата и 1 съ степенью дѣйствительнаго студента; по славянорусской филологіи 6 чело вѣкъ, всѣ кандидатами; по классиче ской филологіи 3 человѣка, тоже кан дидатами. На физико-математическомъ факультетѣ: по отдѣленію математиче скихъ наукъ окончило всего 5 чело вѣкъ—4 кандидата и 1 дѣйствитель ный студентъ; но отдѣленію естествен ныхъ наукъ только одинъ съ степенью кандидата; по отдѣленію химическихъ наукъ 3 кандидата. По юридическо му факультету окончило 24 человѣка, изъ нихъ 15—съ стеяенью кандидата и 9— со степенью дѣйствительнаго сту дента. Мы слышали, что въ непродолжи тельномъ времени, въ оперномъ театрѣ, предполагается дать вокальный кон цертъ въ пользу недостаточныхъ вос питанниковъ реальнаго училища. Бу дутъ пѣть соло воспитанницы второй женской гимназіи и дѣтскаго пріюта, между которыми имѣются замѣчатель ные голоса, и хоры, отдѣльные—уче никовъ реальнаго училища—и совмѣст ные. Между хорами предполагается исполнить необыкновенно оригиналь- *) Прочитанный докладъ настолько интере сенъ, что мы постараемся въ непродолжитель номъ времени болѣе подробно познакомить на шихъ читателей съ его содержаніемъ. Вотъ они. 1) „О зайцѣ”. Разсказъ Ан дрея Хромова (девяти лѣтъ). „Я ѣз дилъ на гумно. Подъѣхалъ къ солом:ѣ, увидѣлъ зайчиный слѣдъ. Увидалъ я зайчиный слѣдъ, бросилъ лошадь, по- шолъ по зайчиному слѣду. Подошолъ къ кирпичному сараю; вошолъ въ кир пичный сарай —я увидалъ зайца! Заяцъ лежитъ. Вотъ я взялъ, воротился— по бѣгъ за собаками. Нѣтъ, долго будетъ! Не сбѣгаю! Сѣлъ на лошадь, погналъ домой за собаками. Пріѣхалъ домой. Но собакъ нѣтъ. Но я воротился на гумно. Пріѣхалъ. Взялъ вилы: я пой ду угоню зайца. Пришолъ въ сарай, но зайца нѣтъ. Андрей”. А вотъ еще одно: „ Кузница. Описаніе Андрея Куз нецова (13 лѣтъ). „Мы вчера въ куз ницѣ съ тятей наварили двѣ насѣки. Тятя стоитъ у горна, а я дую мѣха ми. Какъ нагрѣется желѣзо, такъ тя тя его вынетъ на наковальню. Еже ли толстое желѣзо, такъ мы начнемъ въ два молота бить: тятя бьетъ ма ленькимъ, а я большимъ молотомъ бью. Тятя желѣзо держитъ въ клещахъ. Я умѣю сдѣлать легкую деревенскую ра боту, какъ-то деревенскіе кочедыки для лаптей. Лампы запаиваю и молотки дѣ лаю; а тятя умѣетъ дѣлать всѣ дере венскія вещи, и „такося” самовары лу дить— страсть! ружья чинитъ, даже и новыя дѣлаетъ; ну только теперь у него сломался станокъ, и онъ распро далъ весь свой струментъ. Тятя даже гармоніи чинитъ, но я этого дѣла не знаю. Андрей Кузнецовъ”. г. Жители, видя полный застой въ го родскомъ хозяйствѣ, воравѣ желать, чтобы дума, по крайней мѣрѣ, въ на стоящемъ случаѣ взглянула на свою задачу шире, чѣмъ это дѣлалось до сихъ поръ, и перестала бы торговать ся о полъ-аршинѣ снѣга, о нѣсколь кихъ кубахъ камня и тому подобныхъ мелочахъ; чтобы дума уяснила себѣ ис тинное значеніе дороги для города и не нарушала бы интересы аштелей неос мотрительнымъ отказомъ. Жители также вправѣ желать, что бы дума, въ своихъ заботахъ о дале комъ будущемъ, не забывала бы на стоящаго, а то выходитъ такая стран ная логика: если нельзя имѣть возмож ности проложить въ будущемъ но не извѣстнымъ улицамъ двѣ версты, то въ настоящемъ слѣдуетъ отказаться отъ 17% верстъ; переведя это на цыфры, выйдетъ такъ: предприниматели пред лагаютъ городу внести въ дѣло 800 т. рублей; дума требуетъ надбавку въ да лекомъ будущемъ 26 тыс. р. (стоимость двухъ верстъ по разсчоту одного гла снаго)—если же на эту надбавку пред приниматели несогласны, то не надо городу и 800 тыс. р. Слѣдующее за сѣданіе думы, въ которомъ долженъ принять участіе повѣренный Бонне, обѣщаетъ быть, поэтому, весьма инте реснымъ. Одинъ изъ кителей.

1 -го декабря 1881 г. No 3 2 1 -й КАЛЕНДАРЬ. Вторникъ, 1-го декабря. (335-й день). Православный календарь. Прор. Наума. Св. Ананіи перса. Прав. Фила рета милостиваго. Св. Антоиія новаго. Свв.: Они сима, Ананіи и Солохина, епп. ефесскихъ. (Апостолъ зач. 286; 1-е посланіе къ Тимоѳею гл. Т, стихъ 11—21; ев. Луки зач. 87, гл. XVII. стихъ 26—37. Народныя примѣты н календарь. Годъ кончается, зима начинается. Большой иней, бугры снѣгу, глубоко промерзлая земля къ уро жаю. Коли снѣгъ привалитъ вплоть къ заборамъ— плохое лѣто, коли есть промежутокъ—урожайное. Наума грамотника. Батька Наумъ, наведи на умъ. Римско – католическій и протестантскій календарь Елигія еп., Натальи и Маріаны. Армяно-григоріянскій календарь. Св. Іенарія епископа, Меркурія воина. Мч. Іа- ковика и Нравафара. Календарь капиталистовъ. Полученіе °/о«. о по купонамъ: 5°/о восточнаго займа 1-го вып. 1000 р. и 100 р.; 6°/о облиг. моск. I обіц. конно-жел. дор.—Полученіе капитала по вы шедшимъ въ тиражъ билетамъ 5°/о 1-го внутрен. съ выигрышами займа. Тиражи: 5°/о займа гор. С.-Петербурга; акцій и облигацій гл. общ. росс. ж. д. Солнце восходитъ въ 7 ч. 51 м. Солнце заходитъ въ 3 ч. 59 и. Долгота дня 8 ч. 08 м. Время зажиганія и тушенія фонарей: газо выхъ п керасиновыхь отъ отъ 4‘А ч. дня до 67* час. утра. СПРАВОЧНЫЯ СВѢ ДѢНІЯ. Оперный театръ. Во вторникъ, 1-го декабря, представлено будетъ „Птички пѣвчія11, комическая опера въ 4-хъ дѣй ствіяхъ, музыка Оффенбаха; участв.: г-жи Небѣль- ская, Калмыкова и друг.; гг.: Максимовъ, Жуков скій, Кварталовъ, Калмыковъ и друг. Начало въ 7 часовъ. Драматическій театръ. Во вторникъ, 1-го декабря, представлено будетъ 1) „Кручина”, драма въ пяти дѣйствіяхъ, И. В. Шпажинскаго; участв.: г-жи Понизовская, Майе- рова, Звѣрева и друг., гг. Медвѣдевъ, Свѣтловъ, Марксъ и друг.; 2) „Помолвка въ галерной гава ни”, картины петербургской жизни, въ 1 дѣйствіи, соч. Щигрова. Начало въ 77* час. Мѣсяцъ и число. Я о 05 tJ< Баром. при 0°. Темпер. по Ц. S 0 Н 1 3 сЗ • Й Ч Й рі н съ о ” Й oj >44 я я « Небо. Осадки НМЛ. Ноябр. 29 1 д. 758,4 -7 ,5 — ЮВі 4 л со О 9 в. 759,4 -7 ,4 ІОВі 4 Р і О Я 30 7 У- 758,8 -7 ,7 ЮВі 4 со н Ю. Морозовъ. ОБЪЯВЛЕНІЯ. Харьковъ. Типографія М. Зильберберга, Рыбная ул., д. No 25. Дозволено цензурою. Харьковъ, 30 ноября 1881 г. 4 Метеорологическія наблюденія, СООБЩ. МЕТЕОРОЛОГ. OBCEPBATOP. харьковскаго университета. Дѣтская больница. Дворянская улица, домъ городской думы (гдѣ гауптвахта). 20 постоянныхъ кроватей. Пріемъ приходящихъ больныхъ ежедневно отъ 10 до 12 час. дня. Время прихода и отхода желѣзно дорожныхъ поѣздовъ. Приходятъ въ Харьковъ: Пассажирскій. Почтовый. Изъ Курска . . 12 ч. 12 м. дня. 8 ч. 15 м. веч. „ Таганрога . 5 ч. 29 м. дня. 7 ч. 22 м. утра. „ Полтавы . 4 ч. 14 м. дая. б ч. 44 а. ночи. „ Сумъ . . 7 ч. 24 м. веч. Товаро-пассажирскій. Изъ Курска …………………. 4 час. 39 ыин. ночи. „ Таганрога. . . . 9 час. 14 мин. вечера. „ Сумъ ……………………… 10 час. утра. Отходятъ изъ Харькова: Пасоажирскій. Почтовый. Въ Курскъ . . 6 ч. 39 м. веч. 8 ч. 14 ы. утра „ Таганрогъ . 1 ч. 22 ы. дня. 9 ч. 15 м. веч. „ Полтаву . . 2 ч. 24 м. дня. 10 ч. 04 м. веч. „ Сумы . . . 9 ч. 39 м. утра. Товаро-пассажирскій. Въ Курскъ …. 10 час. 56 ынн. веч. „ Таганрогъ ; . . 6 час. 29 мин. утра. „ С ум ы …………………. 4 час. дня. БИРЖЕВАЯ ХРОНИКА и ТОРГОВЫЙ ОТДѢ ЛЪ. ГЕРМАНЪ ТЕШЕНДОРФЪ ПРЕДСТАВИТЕЛИ ІОНИНЪ и ДЕМКО кенигсбергскія биржевыя извѣстія. Ноября 26-го ( 8-ю декабря) дня 1881 г. 17* Ч- пополудни. Кенигсбергъ. Названіе К и е с і.во ВѢСЪ. К оп. Прш.ѣча- хлѣба” пуд.фун.запудъ. ше- Пшеница озим.: выс.бѣл. . — — до 1 67 бѣлая . — — до 161 красная . — — до 1 62 Рожь: . — — до 1 18 Овесъ: бѣлый . — — до — 89 Ячмень: крупный . — — до — 84 бѣлый . — — до 1 мелкій . — — до — 83 Гречиха . — — до — 93 Русскіе билеты въ Кенигсбергѣ за 100 р.—215,55