Електронний архів оцифрованих періодичних видань Центральної Наукової Бібліотеки Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна
повернутись
Видання:
Южный Край
Регіон:
Харків
Номер видання:
582
Дата випуску:
05.09.1882
Дата завантаження:
02.11.2018
Сторінок:
4
Мова видання:
російська
Рік оцифровки:
2017-2018
Кількість номерів:
Уточнюється
Текст роспізнано:
ТАК
Оригінал зберігається:
Центральна наукова бібліотека Харківського національного університету імені В. Н. Каразіна

На весь екран

Знайшли помилку? Напишіть нам про це на пошту it.cnb@karazin.ua

No 582. ГОДЪ II. ХАРЬКОВЪ, ВОСКРЕСЕНЬЕ, 5 (17) СЕНТЯБРЯ 1882 ГОДА. Отдѣльные NoNo „Южнаго Края“ продаются по 6 коп. „южный край“, ГАЗЕТА ОБЩЕСТВЕННАЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ЛИТЕРАТУРНАЯ. ИЗДАНІЕ ЕЖЕДНЕВНОЕ. УСЛОВІЯ ПОДПИСКИ НА  1882 ГОДЪ: БЕЗЪ ДОСТАВКИ.  СЪ ДОСТАВКОЮ. СЪ USPKC. ННОГОР. На 12 мѣсяцевъ……………………………………….10 руб. 50 кои. 12 руб. — кои. 12 руб. 50 коп. »  ®  »  …………………………………………………………………………………… 8 »  я  1 »  я  7 Я  5 0 11 я ® я …………………………………………..® я А) ..  б „ 30 „  6 я Go я я  4 Я  ……………………………………….1  .  50  ,  5 я 20  „  .  5  „  60 я я 8 я  . ……………………………………… 8 я 50 я  * я — я  4 я 50 я я 2 „ ……………………………………….2 „ 40  2 „ 80. я  3 э 20 „ » 1 я  ……………………………………….. 1 я 20 я  1- , « ,  1 » 60 „ Подписка приминается только съ 1-г® числа каждаго мѣсяца. Главная Контора газеты въ Харьковѣ, на Московской улицѣ,’въ д. Харьковскаго Университета  Ат 7-й, при  „Публичной Библіотекѣ”  А.  А. Іозефовнча, принимаетъ подписку  и  объявленія; открыта  въ  будни  отъ  8-ин  час. утра до  7-мн  час. вечера, а въ воскресные и праздничные дни отъ  11-ти  дѳ 4-хъ часовъ дня. Кремѣ того,  ПОДПИСКА  и  ОБЪЯВЛЕНІЯ ПРИНИМАЮТСЯ:  въ  Петербургѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для  всѣхъ европейскихъ языковъ, на Невскомъ проспектѣ, въ домѣ Струбннскаго и въ книжномъ магазинѣ Эмиля  Рартье, на Невскомъ проспектѣ, Л« 27;  въ Москвѣ —въ Центральной конторѣ объявленій для всѣхъ европейскихъ  языковъ, на Петровкѣ, въ домѣ Солодовшікова и въ конторѣ подпаски и объявленій И. ІІечковской;  въ Варша­ вѣ —въ варшавскомъ агентствѣ объявленій Рѳйхма.нъ п Френдлеръ, на Сенаторской улицѣ, А 22;  въ Кіевѣ —въ  книжномъ магазинѣ Е. Я. Федорова:  въ Одессѣ —въ книжныхъ магазинахъ В. И. Бѣлаго и Е. П. Распопова;  въ Яотав »—въ книжномъ магазинѣ Г. И. Боііяо-Родзовича и  въ Кременчугѣ —у нотаріуса И. Ф. Зильберберга. Изъ  Франціи объявленія принимаются исключительно  въ Парижѣ  у Havas, Lafite et. О, Place de la Bourse. Редетяя газеты  помѣщается въ г. Харьковѣ, въ Петровскомъ переулкѣ. Л? 1-й; для личныхъ объясненій по  дѣланъ газеты открыта ежедневно, кромѣ воскресныхъ и праздничныхъ дней, отъ 2-хъ до 3-хъ часовъ дня.—  Статьи, доставляемыя въ редакцію, должны бить непремѣнно за прдпнсзю и еъ адресомъ автора. Статьи, до­ ставленныя безъ обозначенія условій, признаются безплатными. Статьи, признанныя удобными для печати, под­ лежатъ, въ случаѣ надобности, исправленію и сокращенію. Мелкія статьи, замѣтки и корреспонденціи, неудоб­ ная для печати, уничтожаются. СОДЕРЖАНІ Е- Харьковъ, 4 га сентября 1882 года. Обозрѣніе газетъ и журналовъ. йѣэтиая хроника: изъ городской жизни. Томограммы (отъ „Международнаго и „Сѣвернаго  телеграфа, агентствъ“j. Послѣднія извѣстія. Евутревяія извѣстія:  корре&г. ..Южнаго Края “ изъ  Глу- кввскшо уѣвда  и  Кишинева. —Извѣстія другихъ газетъ:  азъ  cm. Карантина, Бѣльцы, Свидіополя, Дубоввщвъ, ‘illu­ me міра, Нрилукскаго уѣзда, Хамскаго уѣзда, Бѣлополъя, Екатеринослава, Ростова-на-Дону, Ялтъ, Tatfmiccct  и  Одессы, ХАРЬКОВЪ, d-io сентября 1882 г. Одинъ изъ излюбленныхъ своихъ пріемовъ  „Русь” пускаетъ въ ходъ п сейчасъ. Такая уже ВОСКРЕСНАЯ БЕСѢДА. Tempora mutantur!—Отчего не взошло посѣянное сѣмяч-  ео ? — Что я  узналъ.— Письмо крестьянина.—Что озна­ чаетъ его безграмотность.—Нужды н потребности со­ временной деревни.—Повѣсть о духовномъ пасгьтрѣ,  о. С. — Староста  и  „медаль11 (бляха) какъ защита.—Нуж­ на ли гласность деревнѣ.—Кіевскіе профессора.—Сапо­ ги, какъ центральное свѣтило. Tempora mutantur et nos mntamur in illis! Ахъ,  какъ мѣняются времена, какъ мѣняются люди н  нравы! Было время, когда г. Пнхно, по увѣре­ ніямъ фельетониста „Страны”, „горячо говорилъ  на студенческихъ сходкахъ н собраніяхъ”, когда  онъ „заходилъ дальше, чѣмъ это допускало бла­ горазуміе” , когда „людей весьма либеральныхъ  клеймилъ словомъ „ретроградъ”, однимъ словомъ,  когда онъ былъ краснѣе краснаго,—н вотъ те­ перь (дивное превращеніе!), сдѣлавшись домовла­ дѣльцемъ н издателемъ „Помоевъ юто-западнаго  края”, онъ въ порывѣ покаяннаго усердія ло­ витъ за хвостъ коммунистовъ, которые мерещат­ ся ему въ Каждомъ встрѣчномъ и поперечномъ,  на каждомъ шагу, какъ спившемуся съ кругу  пьянчужкѣ мерещатся танцующіе н корчащіе ро­ жа чертпкн. Бѣдный г. Пнхно! Онъ сидитъ въ сво­ емъ редакторскомъ кабинетѣ, устремивъ глаза  въ потолокъ н „набираясь” вдохновенія для пе­ редовицы, а вокругъ все коммунисты, коммуни­ сты, коммунисты, скачутъ, пляшутъ, корчатъ  рожа, высовываютъ языки и, что всего хуже,  самымъ коммунистическимъ образомъ протягива­ ютъ руки къ субсидіи,—н трепещетъ обруси­ тель, руками и зубами впивается онъ въ суб­ сидію н взываетъ благимъ’ матомъ: „Караулъ!  Коммуна!” Было время, когда Михаилъ Никифоровичъ  былъ другомъ Станкевича и Грановскаго, когда  онъ мечталъ о „говорильнѣ” на англійскій ладъ,  —а теперь это изступленная кликуша, ежеминут­ но душу надрывающимъ голосомъ выкликающая о  ежевыхъ рукавицахъ н съ дикимъ паѳосомъ из­ вергающая изъ устъ вмѣстѣ съ брызгами бѣшен­ ной пѣны цѣлые потоки страшныхъ словъ. Го­ ворятъ, что страдающіе буйнымъ умопомѣша­ тельствомъ особенно опасны близкимъ имъ лю­ дямъ. Не мудрено, слѣдовательно, если все,  имѣющее хотя бы отдаленное сходство съ Гра­ новскимъ и Станкевичемъ, производитъ на Ми­ хаила Никифоровича такое же вліяніе, какъ крас­ ное сукно на быка…. Было время, когда наиш земскіе люда съ пы­ ломъ увлеченія принялись за свой трудъ на бла­ го народа, когда только н слышны были, что  нхъ горячія рѣчи о народномъ образованіи, ме­ дицинѣ ы т. д., когда эти рѣчи не оставались  только рѣчами, а теперь… она тоже съ пыломъ  увлеченія предаются труду…. опустошенія кар­ мановъ плательщика, тоже произносятъ горячія рѣчи ……  о вредѣ образованія, медицины, и этн рѣчи также не остаются только рѣчами, ибо не­ медленно же, какъ въ тульскомъ земствѣ,  по губерніи посылается на земскій счетъ знахарь заговаривать чуму.  („Голосъ”, Л» 223). Было время, когда русское общество -зашеве­ лилось, начало показывать признака жизни, про­ являть интересъ къ общественнымъ дѣламъ, а  теперь, разъѣдаемое ядомъ кнднферентизма, оно  спокойно, точно замерло, прикурнуло подъ кры­ лышкомъ Граціанова. Было время, когда лучшая часть русской прес­ сы могла безъ боязни… виноватъ! Такого време­ ни не было. Было время, когда І’раціановъне было такъ….  дважды виноватъ! й такого времени не было. Во  всякомъ случаѣ было время, когда н т. д., по  времена ужасно мѣняются. Какая рѣзкая разни­ ца между весною н осенью! Весна теплая, свѣт­ лая, радостная; осень холодная, хмурая, тоскли­ вая. Весною мы сѣемъ; осенью пожинаемъ пло­ ды.  И  странно! Пожинаемъ очень часто совсѣмъ  не то, что посѣяли, или совсѣмъ ничего не по­ жинаемъ; Очень часто зерно не даетъ ростка. Кто  виноватъ? Было хороліее доброе времячко; Было посѣяно доброе сѣмячко. Что-жъ не взошло оио, не уродилося: Въ иочву-ль безплодную, что ли, забилося? Буйными вѣтрами, что-лп, пзеушено! Сорными травами, что-лп, заглушено. Или въ самомъ себѣ носило уже это сѣмячко  зародышъ безплодности? Очень возможно, что и  послѣднее; почва же во всякомъ случаѣ была  далеко не безплодна. §а то буйные вѣтры н сор­ ныя травы играли здѣсь, несомнѣнно, важную  роль. Между весною и осенью есть еще лѣто,  отъ котораго все и зависятъ. Есть дѣто, благо­ пріятное для жатвы, но бываетъ также лѣто, бла­ гопріятное для сорныхъ травъ. Разростутся онѣ,  да’тутъ еще кстати и буйное вѣтры—н жатва  погибла. Хорошо еще, если весною ихъ вырвали съ  корнемъ. А. еж ели нѣтъ? Вѣдь, какъ оказывает­ ся теперь, какъ трудно бываетъ иногда но веснѣ  узнать сорную травку, предугадать, какую ягод­ ку дастъ тотъ пли другой цвѣточекъ. Пнхно—въ.  быломъ и ІІихно въ настоящемъ, Суворинъ въ бы­ ломъ и’Суворинъ—въ настоящемъ, Катковъ въ манера у этой почтенной газеты: какъ напишетъ  какой-нибудь крестьянинъ „письмо въ редакцію”,  „Русь” тотчасъ же обобщаетъ мысли и чувства  такого диковиннаго крестьянина (ибо у насъ  это еще . диковинка, проявившаяся лишь въ са­ мое послѣднее время—письма крестьянъ „въ ре­ дакціи”), выдаетъ ихъ за мысли и чувства не то  что уже всего крестьянства, а н всего русскаго  народа вообще, и, затѣмъ, возведши, такимъ об­ разомъ, „письмо” „въ перлъ созданія”, ставитъ  его въ улику кому слѣдуетъ. Врядъ ли это резон­ но. Положимъ, самъ по себѣ, фактъ это доволь­ но отрадный, т. е., что мужики стали письма  писать по редакціямъ,—отрадный хотя бы уже  какъ доказательство возможности „въ болѣе или  менѣе отдаленномъ будущемъ”, выражаясь про­ курорскимъ языкомъ, услышать мнѣніе настоя­ щаго „народа”, а не разныхъ „жрецовъ и муд­ рецовъ”, съ развязностью, достойной самого  Ивана Александровича Хлестакова, разглаголь­ ствующихъ отъ имена „народа”, котораго онн  большею частью и въ глаза не видали. Но вѣдь  надо принять во вниманіе, что мнѣніе Петра пли  Ивана есть не болѣе, какъ мнѣніе Петра н Ивана,  будь этн Петръ и Иванъ крестьянинъ или баринъ—  ужъ это все равно. Но „Русь” смотритъ на это  иначе: г. Аксаковъ явно убѣжденъ, что если  мнѣніе „крестьянина” совпадаетъ съ’ёго собствен­ ными мнѣніями, такъ чтож-ъ тутъ и разговаривать:  ясное дѣло, что уже по тону самому, это мнѣніе  всенародное. Вотъ н теперь, написалъ казанскій  крестьянинъ Антюшннъ письмо въ „Пензенскія  Губернскія Вѣдомости”, письмо это перепечаталъ  „Сельскій Вѣстникъ”, что „придаетъ ему (письму)  особое значеніе”, замѣчаетъ г. Аксаковъ (по­ чему: особое значеніе?)—и вотъ это письмо,  „съ особымъ значеніемъ”, тотчасъ же поставлено  редакторомъ „Руси* въ „улику” „публицистамъ,  съ-голоса А. Н. Энгельгардта утверждающимъ,  что единственною мѣрой къ поднятію крестьян­ скаго благосостоянія должна быть помощь въ  пріобрѣтенія крестьянами помѣщичьихъ земель”.  „Эти публицисты, прибавляетъ, г. Аксаковъ—ут­ верждаютъ, что такъ именно думаетъ мужикъ”.  Но мужикъ, завѣряетъ далѣе редакторъ „Руси”,  думаетъ не такъ, а вотъ какъ. И тутъ же при­ водахъ письмо Аитюшина, въ которомъ этотъ  крестьянинъ излагаетъ, что „крестьяне нужда­ ются не въ землѣ, а въ хорошемъ и умѣломъ  управленіи своимъ хозяйствомъ”, что отъ прибавки  земля „благосостояніе’ крестьянъ не улучшится,  а только увеличатся черезъ это способы  къ пьянству”. Тутъ же приводится въ дока­ зательство исторія о томъ, каріъ гдѣ-то какіе-то  крестьяне пропили казенные лѣса, переданные  имъ въ распоряженіе. Право, и досадно и смѣшно читать все это пе­ режевываніе стараго хлама, й къ чему тутъ-  совершенно непонятно—понадобился „крестья­ нинъ”? Вѣдь это „лѣса пропили”, эту теорію  „объ увеличеніи способовъ къ пьянству” посред­ ствомъ улучшенія земельнаго положенія кресть­ янъ—все это лѣтъ уже двадцать къ ряду слы­ шимъ мы при всякомъ удобномъ и неудобномъ  случаѣ отъ разныхъ „жрецовъ н мудрецовъ”, ко­ торые какимъ то волшебствомъ ухитряются со­ вмѣстить проповѣдь „народныхъ” идеаловъ съ  вѣчными намеками на то, что мужикъ, въ сущ­ ности, не болѣе какъ пропойный пьяница, кото­ раго надо держать „въ ежовыхъ”. И, наконецъ,  почему это такъ уже непремѣнно сытый мужикъ,  ромѣ кабака, своей сытостн никуда пріурочить не съумѣетъ? А если это такъ, то чего же сто-  ютъ тѣ „народные” идеалы, съ которыми носит­ ся все тотъ же г. Аксаковъ и которые, такимъ  образомъ, реализированные, явятся, значитъ, не  болѣе какъ идеалами пропойныхъ пьяницъ? Ко­ нечно, не правы тѣ публицисты, если есть тако­ вые, которые утверждаютъ, что все дѣло въ на­ дѣленіи крестьянъ большимъ количествомъ зем­ ли, но еще менѣе правы господа, силящіеся  всѣхъ увѣрить, что „крестьяне нуждаются не въ  землѣ, а въ хорошемъ и умѣломъ управленіи  своимъ хозяйствомъ”. Вѣдь на это можно возра­ зить: да было бы чѣмъ „хорошо и умѣло” управ­ лять. И, наконецъ, допустимъ, что креетьне не  умѣютъ управляться съ землей (это, въ скобкахъ  сказать, русскій то крестьянинъ, который, что  называется, вросъ въ землю!)—такъ вѣдь изъ то­ го, что ихъ надо научить этому, вовсе не слѣ­ дуетъ, что они не нуждаются въ землѣ. Вѣдь это  еще можетъ упустить изъ виду крестьянинъ Ан-  тюшинъ, пишущій свое „письмо” въ простотѣ  душевной, не справляясь съ логикой и руковод­ ствуясь лишь личными впечатлѣніями и наблю­ деніями своими, вращающимися въ очень тѣс­ номъ кругѣ доступныхъ ему идей п фактовъ,—  но редакторъ „Руси” явно этого не „упустилъ”  и упустить не могъ, а просто „умыслъ другой  тутъ былъ”. Сами-де-крестьяпе устами Антюши-  на вопіютъ, что если имъ прибавить земли, то  они еще больше запьютъ, тѣмъ дѣло и кончит­ ся, а потому пзмиіплепіе разныхъ „публици­ стовъ” объ недостаточности земли у крестьянъ  есть не болѣе, какъ идея „вредоноспая”, порож­ денная лишь оторванностью отъ народа, „духъ”  котораго вопіетъ устами казанскаго крестьянина  Аитюшина: „всѣмъ довольны, вашскородіе”! Все это, конечно, Иванъ Сергѣевичъ не разъ  изъяснялъ н просто „отъ себя”, не вооружаясь  „крестьяниномъ”, который п здѣсь пущенъ въ  ходъ не болѣе, какъ для эффекта…. Мы не возьмемъ на себя, подобно многимъ пуб­ лицистамъ, говорить отъ имени народа, а ска­ жемъ лишь отъ себя, что не въ томъ, по на­ шему мнѣнію, горькое н обидное въ жизни кресть­ янина, что онъ не умѣетъ управиться съ землей  —ибо онъ много вѣковъ съ нею управляется н  управляется, какъ дай Богъ всякому; не въ томъ,  что онъ „пропойный пьяница”—ибо такое мнѣ­ ніе не болѣе, какъ либо наглая клевета, пущен­ ная въ ходъ съ задней мыслью и съ задней цѣлью,  пущенная въ ходъ людьми, которымъ и выгодно  и пріятно командовать надъ народомъ, либо  плодъ тупого резонерства, не умѣющаго отли­ чить формы выраженія отъ сущности дѣла,—горь­ кое н обидное въ жизни крестьянина то, что  ему некуда сунуться, некуда обратиться, когда  жизнь сталкиваетъ его съ фактами п идеями,  стоящими внѣ круга его пониманія; горькое и  обидное въ его жизни то, что всякій проходи­ мецъ можетъ обвести крестьянина вокругъ паль­ ца, какъ только дѣло коснется предметовъ,сто­ ящихъ внѣ круга его крестьянскаго мірососер-  цанія; что поэтому умный мужикъ, понимая все  это, боится и совершенно основательно боит­ ся и сторонится ото всего, что не есть онъ, му­ жикъ, и такимъ образомъ, какъ бы рокомъ ка­ кимъ осужденъ коснѣть въ своемъ незнаніи н  застоѣ, въ увѣреннности, что „отдали мальчика  въ ученье, а ему глазъ выколола”; что, нако­ нецъ, къ намъ, интеллигенціи, у него не можетъ  быть иного отношенія, какъ отношенія затаен­ наго опасенія и недоброжелательства… Вотъ въ чемъ горькое и оопдное крестьянской жизни…  Что создало такое положеніе, что породило этотъ  fatum, тяготѣющій и надъ лучшими людьми ин­ теллигенціи и надъ мужикомъ—это исторія длин­ ная и печальная, а потому лучше прекратимъ… Послѣ долгихъ проволочекъ н замедленій на  египетскомъ театрѣ войны воспослѣдовалъ, на­ конецъ, рѣшительный ударъ. Генералъ Уольслей  не только завладѣлъ укрѣпленными позиціями при  Тель-эль-Кебнрѣ, но и нанесъ рѣшительное по­ раженіе своему противнику. Египетская армія  разсѣяна и бѣжитъ, гласитъ одна изъ послѣд­ нихъ телеграммъ; потери египтянъ громадны,  англичанъ—не особенно велики. Англичане бы­ стро подвигаются впередъ. Генералъ Макфер­ сонъ уже занялъ Загазикъ; а по самымъ послѣд­ нимъ извѣстіямъ передовыя англійскія войска  вступила уже въ Каиро. Прошло около мѣсяца съ тѣхъ поръ, какъ  генералъ Уольслей перевелъ значительную часть  сбояхъ силъ на линію Суэзскаго канала и занялъ.  угрожающее положеніе на флангѣ своего про­ тивника. Первыя, счастливыя для англичанъ,  стычки, 12-го и 13-го августа, подавали надеж­ ду на быстрый исходъ всего предпріятія, но по­ слѣдовавшая затѣмъ продолжительная пауза въ  военныхъ операціяхъ обманула, казалось, совер­ шенно ожиданія публики. Медленность генерала  Уольслея имѣла, однако-же, свои весьма основа­ тельныя причины. Перенося театръ военныхъ  дѣйствій на восточную окраину Египта, онъ  ставилъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, свою армію въ самыя  невыгодныя условія относительно продовольствія.  Мѣстность между Измаиліею съ одной стороны,  Загазикомъ, древнимъ Бельбеисомъ съ другой,  принадлежитъ къ числу самыхъ пустынныхъ и  безлюдныхъ во всемъ Египтѣ. Тутъ нѣтъ почтя  вовсе осѣдлаго населенія, на разстояніи цѣлыхъ  дней не возможно найти здѣсь ни воды, ни рас­ тительности. О содержаніи арміи посредствомъ  реквизицій, т. е. на счетъ проходимой страны,  здѣсь не можетъ быть п рѣчи. Приходится про-  доводьотвовать войска изъ магазиновъ, устроен­ ныхъ на линіи канала, организовать для этой  цѣли громадный обозъ. Европейская армія изъ 50.000 человѣкъ нуждается для снабженія хлѣ­ бомъ па три дня въ обозѣ пзъ 150 фуръ. Англій­ скій солдатъ пріученъ къ гораздо болѣе обильной и  разнообразной пищѣ, нежели солдатъ континен­ тальный. Чтобы снабдить англійскій корпусъ въ 15.000 чел. на три дня хлѣбомъ, мясомъ, кон­ сервами, напиткамя и другими припасами, тре­ буется такой же точно обозъ, какъ для снабже­ нія однимъ хлѣбомъ 50,000 арміи. Въ восточ­ ной части Египта нѣтъ колесныхъ дорогъ, при­ ходилось, слѣдовательно, замѣнять фуры вьюч­ ными животными—мулами. Такихъ ауловъ потре­ бовалось уже на первое время около 2,500 штукъ.  Достать нхъ на мѣстѣ было рѣшительно невоз­ можно; надо было скупать н привозить ихъ изъ  Италіи, Франціи н Турціи. Провіантъ доставлял­ ся въ Измаилію и другіе складочные пункты так­ же не изъ особенно близкихъ мѣстностей, напр.  изъ Россіи  и  О стъ -И ндіи . К ъ довершенію всѣхъ  неудобствъ, непріятель успѣлъ преградить прѣс­ новодный каналъ двумя большими плотинами н  совершенно испортить желѣзную дорогу изъ Из-  маилія въ Загазикъ. Легко понять, сколько времени долженъ былъ  потратить генералъ Уольслей при такихъ усло­ віяхъ на организацію продовольственной части ніи заболѣла старушка лѣтъ 70, послѣднее вре­ мя такъ сильно больна была, что не могла го­ ворить, съ минуты на минуту собералась умереть,  но такъ какъ она въ насъ слыла за колдунью то  наши сельчаны говорили, что ей Черти не даютъ  умереть. Старыкъ этой старухи видя, что не си-  водня завтра прійдется видно старуху хоронить  досталъ свои послѣдній гроши и купилъ, что  требовалось для погребеніи старухи, но дѣнигъ  было мало такъ, что на доекы не хватило, за­ нять нихто не хотѣлъ, то старыкъ репшлея ной-  тыть у волость и попросить достокъ на гробъ.  Преходеть у волость, попадается ему нашъ сель­ скій староста, старыкъ просить пару шелевокъ  н нре этомъ говоритъ, Богъ его святый зяа що  воно и буди. Моя баба не вмэра тай не внэра,  та совитуютъ мини людѣ, щобъ я поникавъ чо-  ловіка такого, щобъ ій одъ робывъ. Староста  спрашуеть, відь чого?—Та кажут люди, що ііі  чорты в ыерать не даютъ бо вона у мене велыка  знахурка була; то якъ бы де найти спасеннаго чо-  ловіка, щобъ одробывъ ій—новікъ бы благода­ ривъ ему. Староста отвечаетъ, а будэ діду ыо-  горычъ я нороблю такъ, що живо умрэ, у мене  не довго.—Такъ якъ милость ваша, а то не  вмера тай не вмера, за могаречемъ остановки не  будэ.—-Ну, іды жъ діду до дому та прыготовъ  сверделедь*)—каже староста. Дідъ пребигъ до до­ му, нреготовывъ сверделець, колы ось іде і ста­ роста. Уходе у хату: а що діду е свердель. Е  каже дідъ. Староста беретъ свердель у руки и на­ чинаетъ вертѣть потолокъ, провертѣлъ несколь-  ко діръ, потомъ вьшевъ могарычу чашокъ тры  та щеэ нляшку (бутылку) узявъ н въ карманъ  тай нішовъ собі, а баба все-такы того дня не  померла а едва, едва на другой день вечеромъ.  Посмотрите же вы на сельскіе наши порядки,  что творытся. Среди села .провалы, возли самой  волости и всюды рвы, на это не обращаютъ въ  ниыанія. Изъ Священникомъ уже два года судют-  ся, за неименіемъ уликъ ни чиво не подѣлаютъ:  уже сельской суммы кажется мало въ сундукѣ  осталось—все попа съ-кедаютъ. А ежелк-бъ вы  за шла въ нашу Волость, тамъ каждаго Воскре­ сенія или празнпка не пременно сходъ сельский.  О Боже, что творится. Тогда староста •яепре-  менно пяный какъ сапожникъ, сельский пысарь  на два градуса еще лючше старосты, и крестья­ не сойдутся ходютъ походютъ съ тѣмъ и разой­ дутся но домамъ, за то уже ивкабакѣвъ П—скаго  когда вы не зайдите вы тамъ на йдетѣ старшену  старосту и сельскаго пысаря и чуть ли не каж- *) Буравъ. дыи день колотить то старшену то старо­ сту, но староста нашъ сейчасъ спешыть по-  чепыть медаль (бляху), что бы знали, что онъ  староста но наши крестьяне не смотрютъ пи на  что—медаль сымуть а старостѣ шыю намылютъ”. Такова простодушная рѣчь „меньшого брата”. Это письмо, присланное намъ крестьяниномъ од­ ного изъ селъ Екатеринославскаго уѣзда, рисуетъ  почти полную картину жизни современной деревни,  ея нуждъ я потребностей. Невѣжество, суевѣріе,не-  благоусгройство, антагонизмъ между обывателямии  духовенствомъ, волостпая „волокита” и повальное  пьянство волостной и сельской администраціи—вотъ  что проходитъ передъ глазами при чтеніи письма.  Въ томъ же порядкѣ идутъ потребности и нужда  деревни. Для уничтоженія невѣжества и суевѣрія  необходимъ свѣтъ, необходима школа. Какова  должна она быть, на это ясно указываетъ само  письмо, объ этомъ много толковалъ баронъ Корфъ,  объ этомъ же не разъ говорилъ „Южный Край”.  Приведенное письмо является только еще однимъ  убѣдительнымъ,  нагляднымъ  аргументомъ. Въ еа-  момъ дѣлѣ, что оно представляетъ собой? Одпу  сплошную безграмотность, но это не обыкновен­ ная безграмотность недоучившагося человѣка, а  какая то особенная, повинующаяся, такъ ска­ зать, какому то своему спеціальному закону. При­ смотрѣвшись хорошенько, прочитавъ внимательно  письмо, легко замѣтить, что авторъ точно запу­ тался въ какія то сѣти, изъ которыхъ онъ тще­ тно старается выбиться, легко увидѣть, что онъ  напрягаетъ всѣ свои силы, чтобы говорить тѣмъ  языкомъ, которому научила его школа, но въ  силу, такъ сказать, естественнаго тяготенія, еже­ минутно сбивается: то танъ, то здѣсь у него про­ тивъ воли проскальзываетъ  малороссійское слово или даоіее цѣлая малороссійская фраза.  Даже са­ мыя его грамматическія ошибки носятъ на себѣ  „малороссійскій характеръ”. Вотъ этого то зна­ менательнаго факта и не въ состояніи уразумѣть  наши субсидированные п несубсидированные об­ русители. Или нѣтъ—въ состояніи, но просто  не хотятъ. А не хотятъ потому, что, далеко не  изъ „цѣлей благородныхъ”, примѣшивая полити­ ку къ педагогіи, видятъ въ преподаваніи ребен­ ку на родномъ ему языкѣ нѣчто ужасное, ка-  кой-то націоналистическій сепаратизмъ, т. е. соб­ ственно не видятъ, а силятся видѣть и другимъ  показать, но, понятно, ни сами ничего не ви­ дятъ, ни другимъ ничего не показываютъ, а толь­ ко воду мутятъ, хорошо зная, что въ мутной во­ дичкѣ легче рыбку ловить. И иолавливаютъ ……  А въ деревнѣ между тѣмъ получаетъ мѣсто то ди­ кое явленіе, что рядомъ съ школой, существую- ЮЖНЫЙ КРАЙ ФРАНЦУЗСКІЙ МАГАЗИНЪ И. О. Л Я С С Ъ, на Московской улице, против магазина Эдельберга Симъ извѣщаю почтеннѣйшую публику, что мною прквззенъ ІЗЪ ПАРИЖА къ  -предстоящему осеннему и зимнему сезону огромнѣйшій выборъ французскихъ  трико, велюры, дама, плюшъ, фраппе и драповъ, для пріема заказовъ муж­ скихъ и дамскихъ платьевъ и шубъ, а также Парижскія модели новѣйшихъ и  разнообразнѣйшихъ фасоновъ – MANTEAUX ET R0T0NDES. „Hautes nouveautes de Confectionnes pour les dames”. Ц Ѣ Н Ы У М Ѣ Р Е Н Н Ы Я . Вышла и продается новая книга, соч. ироф. Л. Е. ВЛАДИМИРОВА: „УЧЕНІЕ ОБЪ УГОЛОВНЫХЪ  ДОКАЗАТЕЛЬСТВАХЪ”. Общая часть. Книга 1-я.  Уголовно-судебная достоверность.  Харьковъ. 1882 г. Ц. 1 р.  50 к. с., сь нер. 1 р. 75 к., дня студентовъ 1 р. 20 к. Окладъ изданія въ книж­ номъ магазинѣ КЕРВЙЛЙ и К®, Харьковъ, Московская ул., домъ No 17-й. Ввѣшніз извѣстія. Сйѣвь. Календарь. Биржевая хроника н торговый «тдѣлъ. Справечиыя свѣдѣнія. Фельетонъ:  Воскресная беегьда,  Прекрасной Маски.  0*%sas6iiia. быломъ и Катковъ—-въ настоящемъ, земцы въ  быломъ и земцы—въ настоящемъ—какія дивныя  превращенія, какія неожиданныя ягодки дали ве­ сенніе цвѣточки! __ Но все это вполнѣ естествен­ но, ибо, повторяю, бываетъ лѣто, благопріят­ ное для сорныхъ травъ н tempora mutantur et  nos mntamur iu illis. А такъ, какъ „nos”  говорится о всѣхъ людяхъ, то слѣдовательно и  я въ томъ числѣ. Было время, когда не знако­ мый еще съ „игомъ глупости”, по счастливому вы­ раженію Аксакова, я преисполнялся самыми ро­ зовыми надеждами; было время, когда, столкнув­ шись съ нимъ въ первый разъ, я тоскливо опу­ стилъ носъ, и наступило наконецъ время, когда,  присмотрѣвшись къ нему хорошенько, я узналъ,  что не такъ страшепъ чертч., какъ его „малю­ ютъ” н что искусившись опытомъ, можно и не-  опуекать носа, однимъ словомъ, можно себя чув­ ствовать почти какъ дома.. ., Говорю „почти”,  ибо никто не застрахованъ отъ случая. Глупость  таже слѣпота. Слѣпой, если можно такъ выра­ зиться, есть человѣкъ, глупый зрѣніемъ. Ничего  не различая, онъ бродитъ ощупью: патолкнется  случайно на то, что ему нужно—хорошо; не на­ толкнется—останется не причемъ. Понятно,слу­ чай—это роза, имѣющая свои довольно таки ко­ лючіе шипы, но вѣдь шипы при розѣ вещь неиз­ бѣжная, къ тому же,  изловчившись ,  можно сор­ вать розу, не уколовшись шипами. Короче, опу­ скать носа во всякомъ случаѣ не зачѣмъ. Я, напр.,  нахожусь даже теперь въ такомъ игривомъ на­ строеніи духа, что задумалъ предпринять экскур­ сію въ деревню. Правда, это немного не по се­ зону: добрые люди въ впду приближающейся осе­ ни бѣгутъ уже изъ своихъ лѣтнихъ резиденцій,  деревень, назадъ въ города, но я, какъ фелье­ тонистъ, человѣкъ отпѣтый, слѣдователяьо мнѣ  люди не указъ. И такъ приглашало тебя въ спутники, чита­ тель, н ѣдемъ въ деревню. Перво-на-перво тебѣ,  понятно, мужика подавай, нбо что это за деревня  будетъ, въ которой „меньшого брата” не оказы­ вается? Совершенно вѣрно. Вотъ тебѣ мужичекъ,  не поддѣльный, а настоящій мужичекъ. Слушай-  же его безъискуетвеино-простую простодушную  рѣчь. „Въ насъ н до сихъ поръ творится, что-то не­ понятное *). Годъ тому назадъ въ нашемъ селе- *) Никакихъ, знаковъ препинанія, за исключеніемъ  двухъ-трехъ запятыхъ, въ подлинникѣ не обрѣтается,  почему онъ является какъ бы однимъ сплошнымъ пред­ ложеніямъ. Стараясь, какъ увидитъ читатель, не безъ  дѣли, остаться ио возможности вѣрными подлиннику,  мы сдѣлали только тѣ исправленія, безъ йоторыхъ слит­ комъ ватруднилось бы чтеніе.